По уже заведенной традиции Аллу встретила на кургане, я соскочил с коня, обнял девушку за плечи и сообщил, что победа осталась за нами, армия разбита, Вечно второй убит и мы можем устроить себе праздник. После этого в обнимку отправились к нашей уже хорошо обжитой поляне.

В этот раз я вернулся рано. До вечера еще далеко и мы с чувством искупались, позагорали, порезвились. Затем опять поплавали и моя девочка, чистая, сытая духовно, отправилась готовить плацдарм для устранения физического голода. А я, пригревшись на солнышке, слегка вздремнул на песчаной отмели.

Разбудили меня ароматы, которые легкий ветерок принес от костра. Аллу жарила козу, как всегда, добавляя фантазию и вдохновение в этот прозаический процесс. Не в силах терпеть пытку поглощением ароматов жаренного мяса, закончил загорать, оделся и направился к костру.

Моя девочка крутилась вокруг костра, как пчелка вокруг цветка, и на расстеленном полотне, как по волшебству, стали возникать мисочки, тарелочки и горшочки. Некоторые из них парили ароматами, некоторые просто вкусно пахли. С самого дна одного из мешков с провизией на свет божий появилась баклажка с какой-то жидкостью.

В принципе, я отрицательно отношусь к алкоголю в любом виде и не люблю пиво, но согласен с теорией, что защитные силы организма должны быть в постоянном тонусе. Для этого они должны получать периодические удары со всех сторон. В том числе, хотя бы раз в полгода, вспоминать, что это за зверь такой - алкогольная интоксикация, когда по собственной воле становишься дурак дураком, и по утру выясняется, что во рту кошки устроили общественный туалет, а голова раскалывается, как после хорошего удара дубиной.

Вынув пробку из фляги, понюхал и установил, что булькает в ней крутая медовуха. Причем, сделанная в лучших традициях и с большим тщанием. В нее добавили настои различных травок и приправ. С ходу я унюхал и смог определить - корицу, гвоздику, лаврушку, тархун, но это только малая часть букета. В общем, достойный напиток к празднику.

Наконец Аллу расставила все что хотела. Я разлил в чашечки медовуху - себе по полной, девушке половинку. Кашлянул, привлекая внимание, кивком указал, чтобы она взяла свою кружку, и сказал.

– Ну, за победу! - и опрокинул в себя емкость. Тягучий, ароматный напиток проскочил через горло и упал в желудок, взорвавшись там, как канистра с напалмом. Круто!

Подхватил двузубую вилку, нож и приступил к дегустации тушеной козлятины, приготовленной с пряностями и приправами. Мясо таяло во рту и я не заметил, как оприходовал полную миску с горкой, заложив прочный фундамент в основание праздничного ужина.

Заметив, что Аллу отпила от своей кружки лишь четверть, я плеснул ей из фляги чисто символически, свою кружку наполнив, что называется - под ободок. Поднял свой 'стакан', дождался пока Аллу возьмет в руки свой, чокнулся и прибавил.

– Ну, за нас! - Выпил маленькими глотками, смакуя изумительный вкус напитка, и прокомментировал. - Хорошо. - Глотнул крутого мясного бульона и плавно перешел к отварному мясу, стараясь попробовать все соусы и подливы, которых моя искусница наготовила в большом количестве.

Затем мы продолжили праздник в постели, и этой ночью я спал, как младенец, только что не причмокивал губами соску.

Утром без спешки собрались и тронулись в обратный путь, останавливаясь в красивых и кормных местах. На все про все у меня имелась неделя и я собирался провести ее на природе, отдыхая с полной отдачей.

Через семь дней въехали в ворота города и я прямиком направился в храм. Последний раз приласкал свою девочку, махнул рукой на прощание жрецам и поднялся по ступенькам храма. Прошел по лабиринту, вскарабкался на постамент и шагнул на Базу.

Конечно, отдых дело святое, но меня ждали неотложные дела на Земле.