Нормальный человек не может выстрелить на полкилометра и ссадить на землю парящую птицу, прошив ее стрелой навылет. Я смог. В голове промелькнуло понимание - во многом моя бесподобная стрельба из лука это результат нового таланта.

Увидев результат выстрела, уже все трое братьев нацелились было упасть на колени, но остались на ногах после окрика.

– Стоять! - убрав лук в чехол, я показал рукой Атарее на ее ноги и сказал.

– Мне потребуются плетенки. Нужно осмотреть подходы к озеру. - Амазонка расстегнула ремешки и шагнула в сторону, а я добавил, - со мной пойдет Танкор. Вы двое подождете здесь.

Нацепив на ноги средство передвижения по болоту, я махнул рукой и мы пошлепали к входу в ущелье. Через короткое время стало понятно, что имела ввиду Атарея, когда говорила о крабах. Чем ближе мы подходили к кромке леса, тем больше под ногами встречалось ярко-желтых панцирей. Учитывая форму и окрас, это явно какие-то эндемики. Первое время крабы разбегались в разные стороны, но у самого леса их количество стало таким, что нам пришлось идти по сплошному шевелящемуся ковру. Причем, менялось не только количество, но и размеры экземпляров. У самого леса попадались отдельные монстры с размерами панциря сантиметров сорок в диаметре с мощными клешнями способными шутя отхватить палец у человека. И эта клешнястая банда, как степной пожар, уничтожала всю органику, которая перла из ущелья.

Ползучие лианы, мангровые корни, семена, ростки деревьев и цветов, поваленные стволы, какие-то червячки и жучки - все это служило пищей для армии десятиногих ракообразных. Органика джунглей измельчалась и проглатывалась, после переработки в желудках, формируя слой дерьма. Я присел на корточки и выяснил, что далее, в этом навозе продолжали работу по созданию плодородной почвы, доводя перегной до кондиции, белые черви толщиной в палец.

И все-таки, в экологической цепочке: органика джунглей - крабы - черви - угри, чего-то не хватало. Должен был быть, кто-то еще, очищающий воду до кристальной чистоты. Скорее всего в озере обитали еще какие-то эндемики типа креветок, фильтрующих воду. В этом случае кормовая база священных угрей принимала завершенную форму - ешь не хочу, расти и жирей, как на дрожжах.

Получив таким образом представление о самых дальних подходах к храму, окликнул Танкора и повернул назад. Дошлепав до Атареи и Фаронги, отстегнул плетенки и направился по тропинке обратно. Атарея окликнула меня в спину и, когда я оглянулся, ткнула пальцем вверх. Задрав голову, увидел, что вместо одного разведчика, над долиной кружили три птицы, а со стороны джунглей подлетала четвертая.

Впрочем, иначе и быть не могло. Ведь грифы, также как мясные и прочие мухи, обслуживают и отвечают каждый за свою территорию, внимательно наблюдая друг за другом. Стоит одному падальщику переместиться на кучку свежего навоза, как остальные, связанные одной цепью, подтягиваются к счастливцу, набиваясь ему в компаньоны. Что называется, - свято место пусто не бывает…

Единственное, что помогает в таких случаях, это настойчиво и неотвратимо выбивать всех новых претендентов на дерьмо. До тех пор пока большой, ранее контролируемый район не станет совсем пустой и лететь до падали издалека станет себе дороже. Впрочем, это общее правило, - оно применимо и для человеческого социума.

Я достал лук из чехла, пожалев свои, попросил у Атареи четыре стрелы и на интервале в тридцать секунд, снял всех четверых нахлебников. Убрал лук и двинулся к храму. Было у меня предчувствие, что адепты покормят меня жирными копчеными угрями, которых я обожал с детства… А это радовало.

Ужин действительно оправдал все ожидания.