- Вот, смотри, - хрипловатым, но высоким голосом излагал свои мысли Лаур-младший и водил по подробному, составленному саккарем-скими картографами плану свинцовым карандашом. - Я не верю в то, что наемная армия шада, даже выиграй она грядущую битву, полностью остановит нашествие. В Саккареме царит безвластие, три четверти земель шаданата захвачены плебс вышел из-под подчинения и присоединяется к воинству Гурцата ради дальнейших грабежей. Скорее всего, планируемое Солнцеликим Даманхуром столкновение не принесет ни победы, ни поражения.

    - Слышу разумные слова, - подтвердил Драйбен, кивая. - Обе великие армии измотают друг друга, но каждый останется при своем. Если решающая битва состоится...

    - ...То после понесенных потерь, - оборвал его Асверус, - Даманхур будет не в состоянии отвоевать обратно утраченное. Значит, мергейты вновь соберутся с силами и пойдут дальше. Положение безвыходное. Как я понимаю, Гурцат отнюдь не дурак, и очень жаль, что столь великий полководец родился не в цивилизованной стране, а среди безумных варваров. Он не рискнет штурмовать Нардар и Полуночную империю кенига в лоб через отроги Самоцветных гор. Вдобавок ему придется переправляться через Урмию, которая возле наших границ бурна и порожиста. Он благополучно отбросит войско Даманхура обратно к Дангаре или - пусть сохранят нас вечные силы небес! - разгромит его, а потом повернет через пустыню и халисунскую степь к границам Вольных конисатов. Свободные таны горды и воинственны, но, говоря по правде, не представляют собой никакой военной силы, ибо не в состоянии объединиться из-за родовых свар. Империя медлительна, как все великие государства, а потому бить тревогу в столице начнут только после того, как бунчуки Гурцата замелькают под ее стенами... А спасти мир можем только мы!

    - То есть? - осторожно осведомился Драйбен.

    - То и есть, - досадливо бросил Асверус. - В горы, прилегающие к галирадским лесам, мергейты не полезут. Нардар и Нарлак славны суровыми зимами. Если мы соберем урожай, увезем все сено, угоним стада на перевалы и оставим за собой пустые земли, конница хагана вынуждена будет повернуть. За зиму и весну мы создадим великое войско и нанесем внезапный удар!

    - Умник, - проворчал Кэрис, прислушивавшийся к разговору. - Сам небось воображает, как поскачет впереди на белом коне в окружении знамен и штандартов. Скажи на милость, многомудрый сын кониса, ты представляешь, что произойдет, даже в случае если вы победите? Следующей весной некому будет сеять, ваши коровы и овцы истощат горные пастбища, урожая и приплода не жди. Придется восстанавливать разрушенное, усмирять обязательно зарождающуюся в смутные времена дворянскую вольницу. Золото, на которое вы сможете купить продовольствие у вельхов или сольвеннов, начнет истаивать, рудники в горах, лишенные присмотра и рабочих, обрушатся. Дальше продолжать или сам догадаешься? Голод, сумятица, разрушение государства и новое столетие Черного неба. С чем вас всех и поздравляю.

    - Предложи что-нибудь другое. - Драйбен примирительно положил ладонь на плечо мигом взвившегося от ярости Асверуса.

    - Легко! - отмахнулся вельх. - Устранить причину, вместо того чтобы расхлебывать возрастающие беды. Почтенный юный господин рассуждает лишь о делах военных. Битвы, сверкающие мечи, гербы на щитах, грохот конницы по полю... Тьфу! Милейший Асверус, война - это еще и выпущенные кишки, висящие на твоих коленях, сырые дрова в лагере, павшие лошади, болезни, ночевка в луже, когда на тебя падает мокрый снег, гноящиеся раны и постоянное чувство голода. Знаешь, что такое осада? Долгая осада горного замка? Когда лучшее, что подадут на твой стол, - подгоревшее жаркое из кошек или крыс, а простая стража начнет жрать гнилое сено, вываренное в дождевой воде? План войны - это прекрасно, но он должен учитывать и описанные мною неприятности.