|
Знаешь, что такое осада? Долгая осада горного замка? Когда лучшее, что подадут на твой стол, - подгоревшее жаркое из кошек или крыс, а простая стража начнет жрать гнилое сено, вываренное в дождевой воде? План войны - это прекрасно, но он должен учитывать и описанные мною неприятности. Их можно избежать. Самое позднее к дню зимнего равноденствия, перед весной, когда крестьянам нужно будет сеять, а стада выводить на не вытоптанные кавалерией луга, мы должны уничтожить первопричину. Не армию Гурцата, не его самого, а то, что им движет. Повелителя Небесной горы.
- Чего? - вытаращился нардарский принц. - Какого Повелителя? Эрл Драйбен, что несет этот дикарь? Вельх посмотрел на Драйбена и покачал головой: - Умный мальчик, хотя и задиристый. Расскажи ему. Все расскажи. Потом пусть думает сам. * * * Глубокой ночью, как раз тогда, когда гибельный час Волка уходил, оставляя свободу самому густому предрассветному мраку, времени, посвященному Быку, в маленькой комнатке-пристройке Золотого храма было не продохнуть. И общество собралось там самое изысканное, а если говорить точнее - удивительное. Не сказать, чтобы вино лилось рекой, но пьянящего виноградного напитка хватало, и ручеек его не иссякал, а вездесущий Кэрис авторитетно заявил, что нектар янтарных ягод, да еще облагороженный по аррантскому обычаю ароматическими смолами, никогда не идет лучше, чем во время горячих споров о судьбе мира, политике или войне. И вдобавок знаменитый мешок вельха поставлял вино исправно: едва заканчивался кувшин, Кэрис доставал из своего баула новый. Фарр, поначалу перепуганный и откровенно робеющий, теперь сидел бок о бок со всеми, но по въевшейся за долгие годы привычке храмового ученика не вмешивался в беседу, а старался прислушиваться к словам людей, которые были старше и мудрее его. Благородная госпожа Фейран блистала узким и подчеркивающим фигуру шелковым платьем с вышитыми золотой и черной нитью силуэтами пятнистых леопардов и великолепными серебряными украшениями, которые, опять же, добыл где-то (скорее всего, в мешке) вельх. Сам Кэрис наконец сбросил ненавистные шаровары, закрутил вокруг бедер свой черно-красный плед и смотрелся не просто дикарем, но варваром из варваров. Гораздо проще было Асверусу и Драйбену - еще двум чужеземцам. Простые нардарские колеты с серебристым узором достаточно благосклонно приветствовались во дворцах за неброскую роскошь и в домах бедняков - за благородную скромность. Однако шестой и. последний гость комнатки отличался от прочих не только великолепным голубым халатом, разукрашенным маленькими огнистыми изумрудами, и белоснежным тюрбаном с золотым пером, но и своим титулом - шад Саккарема. Впрочем, их величество, так же как и все остальные, теперь восседал на ковре скрестив ноги, в левой руке сжимал простенькую деревянную чашу, а правой теребил себя за бороду, выслушивая громкие и далеко не всегда сдержанные соображения Кэриса. - Я готов принести на алтарь Атта-Хаджа целое стадо быков, - доверительно сообщил Даман-хур сидевшему рядом Фарру, когда Кэрис на мгновение замолк, - в благодарность за то, что хотя бы вы забыли о том, что я - шад. И в то же время рассказываете мне вещи, о которых я не узнал бы даже с помощью самых великих мудрецов простирающегося под звездами мира. - О, Солнцеликий, - прошептал атт-Кадир, - я, как всеподданнейший слуга вашего величества и недостойный служитель истинной веры... - У-у, - поморщился Даманхур, - перестань. Подобные слова я слышу от Энарека и всех остальных каждый день. Фарр, ты по-человечески разговаривать умеешь? - Безусловно, о Солнцели... Конечно умею. - Тогда дотянись до кувшина и налей мне немножко. А потом попроси своего приятеля вель-ха пересказать все сначала и помедленнее. |
