На стол поставили горящую свечу, и черная лужица вдруг собралась в плотный комочек и медленно, переваливаясь с боку на бок, поползла на свечку.

– Он живой? Что он делает?

– К теплу тянется, сейчас доползет и начнет вверх карабкаться. Если в огонь попадет, вода высохнет, и опять рассыплется в порошок. Я думаю, это какая-то местная форма жизни, просто до того острова земная растительность не добралась еще.

– А он не опасен, может, ядовитый?

– Да вроде нет, – ответил Санька. – Мы же пока не померли. Посадите его в банку какую-нибудь, посмотрим, будет расти или нет. Зимой не рос.

Семейные пары засобирались по домам, остальные решили пойти в клуб на танцы. Санька подошел к окну, осмотрел скаутскую слободу. За год в ней появилось два новых домика, кто-то из ребят еще обженился, и им всем миром поставили новое жилье. Сам Санька решил отлежаться в своей комнате на втором этаже. Идти на танцы изображать из себя героя совсем не хотелось, а дома все же относительно тихо и уютно. Второй этаж был обычной общагой коридорного типа с комнатами на обе стороны, с мужскими и женскими удобствами по разные концы коридора. В комнатах жили по два-три человека, но обычно большая часть разведчиков была в походах, так что полный состав собирался только зимой. Саньке как первому командиру выделили персональную комнатуху, маленькую, но зато полностью свою. Ему бы и дом поставили, но от этого Санька категорически отказался, рассудив, что семейным оно нужнее. Дверь в комнату была открыта, на пороге стояло ведро с водой, а в проеме болтался чей-то тощий зад в оборванных джинсиках. Из-за двери доносилось шуршание тряпки по полу: шшурхх, шшурхх…

– Ты там поосторожней, ведро собьешь, будешь еще и коридор намывать, – окликнул Санька «джинсики».

– Ой! – В дверях появилась худенькая девушка, поправляя челку мокрой рукой. – А я тут решила быстренько… А то давно не убирались, пыль протереть, пол…

– А я тебя помню, – отметил Санька. – Тебя вроде Катя зовут. Ты к нам в скауты пришла в прошлом году. Только мне казалось, ты ниже ростом.

– Катя, – подтвердила девушка, подхватывая ведро. – Выросла, ничего странного. Вам воды нагрели в душевой, помойтесь с дороги. Побежала я…

– Угу, давай, и это, спасибо!

Санька вошел в комнату и скинул у порога сапоги, чтобы не топтаться по еще не просохшему полу. Келья два на три, койка, стол, одно окно, тумбочка для личных вещей, найденная где-то в развалинах. Вешалка на стене, в углу кран над раковиной. Вода поступала по глиняным трубам из бака на крыше, а туда ее загонял небольшой насос на ветровой тяге. В подвале был построен резервуар, наполнявшийся из ближайшего родника. Оттуда и поднимали. Санька растянулся на кровати. Наконец-то он был дома…

Когда уже стемнело и Санька почти заснул, намытый и благоухающий, на чистых простынях, дверь легонько скрипнула, и кто-то проскользнул в комнату. Пока Санька продирал глаза, к нему под одеяло заползло щуплое обнаженное тело, прижалось горячим боком, маленькие, но уже упругие груди уперлись под ребра. Голова девушки приникла к его плечу.

– Я тебя так ждала, так ждала, а тебя все не было и не было… – Санька почувствовал на плече влагу и понял, что девушка плачет. – Я так боялась, что вы не вернетесь…

– Катя, ты, что ли?

– Я! Я! Я тут вся извелась, а ты даже не поздоровался!

– Прости. – Санька подвинулся и приобнял девушку, пытаясь ее успокоить.