— Труба зовёт, — немного виновато пожал я плечами. — Ну что, подельничек, погнали?

— А куда от тебя денешься… куда пойдём? — заозирался Антон.

— Держись рядом, не ошибёшься. Здесь неподалёку.

Мистер Деррик, как вскоре выяснилось, по примеру коллеги тоже поджидал нас. Правда, предпочёл коротать время в относительном комфорте, то бишь в любимом кресле и с любимой сигарой. В общем же и целом в привычном «переговорном» номере ничего не изменилось.

— Похвальное рвение, — оценил Дэвид наше с Антохой облачение — как и Машка, мы остались в скафандрах, разве что шлемы сняли. Указал жестом на свободные кресла: — Устраивайтесь, господа. Герра Нойманна ждать будем, или сразу перейдём к делу?

— Ждать ни к чему, герр Нойманн занят, — сходу отверг я это предложение. — Так что сразу к делу. Кумо, сколько осталось?

— До истечения срока ультиматума восемнадцать минут пятьдесят девять секунд… пятьдесят восемь…

— Спасибо. Антох?

— Сейчас… — засуетился тот. — Кумо, сформируй общую «дополненную реальность», пожалуйста.

— Процесс активирован, капитан Спиридонов. Процесс завершён.

— Присоединяйтесь, господа.

— А может, нам пока стоит сохранить инкогнито? — усомнился Деррик.

— А смысл?! — буркнул Антон. — Не стесняйтесь, пусть дядя Гена видит, что компания у нас солидная. Кстати, а он сам не звонил? Ну, после инцидента?

— Мы отсекали все входящие звонки, — пояснил Деррик. — Ответная любезность с нашей стороны. Ультиматум, значит, ультиматум. Умолять и торговаться не в моих правилах.

— Ага, значит он уже в кондиции, — довольно потёр руки Антоха. — Всё, вызываю! Сейчас… сейчас…

Дополнительное «окошко» связи протаяло внезапно, когда мы уже отчаялись дождаться ответа на «гудки», в формате «дополненной реальности» имевшие ещё и графическое отображение — этакие вибрирующие концентрические окружности, расходящиеся из центра будущего виртуального «экрана». Просто в один далеко не прекрасный момент на месте пульсирующей абстракции возникло знакомое, но непривычно злое лицо — Геннадий Спиридонов собственной персоной. И, судя по тому обрывку фразы, что до нас донёсся, застали мы его посреди раздражённой и чуть ли не матерной тирады:

— … наглость, мать вашу! Совсем страх потеряли, безродные сволочи?!

Надо отдать присутствующим должное, наша реакция оказалась куда сдержаннее, чем того можно было ожидать. Мистер Деррик, к примеру, всего лишь удивлённо вздёрнул бровь, я с трудом сдержал смех, который в данной ситуации однозначно был бы не к месту, а Антон и вовсе деликатно кашлянул, привлекая внимание абонента. И, что самое интересное, ему это удалось — старший Спиридонов прервался на полуслове и с изумлением уставился на непутёвого племянничка. А тот усмехнулся в присущей ему манере, и лениво процедил:

— Ну, здравствуй, дядя Гена. А что тут происходит?

Некоторое время Спиридонов растерянно скользил по нам взглядом, силясь прочитать на наших безразличных рожах хоть что-то, потом бросил эту пустую затею и прорычал:

— Ты ещё откуда взялся?! И почему сразу не позвонил?! Мы тут как на часовой бомбе сидим!

— Хочешь сказать, что беспокоился обо мне? — скривил в ироничной ухмылке уголки губ Антон. — Хорошая попытка, дядя Гена, но я всё равно тебе не верю. Отцу ещё может быть. Но не тебе, и не деду. Так что прекращай ломать комедию.