|
Естественно, вне служебных обязанностей. А таковые возникали примерно раз в квартал, то есть пару месяцев из трёх я занимался своими делами, не забывая, однако, и об учёбе. Да, с боевыми искусствами пришлось немного затормозить — такого же компетентного специалиста отец пока не нашёл. Даже дочь мастера Лю, сама знаток не из последних, его не устроила. А самому ему реально некогда. Но всё остальное так на мне и висело. Да-да, и язык, и анализ политических процессов как у нас на планете, так и у соседей, и даже отслеживание научных публикаций в области истории и политологии. Тоже, кстати, привилегия: под это дело мне был выделен «нейр» с безлимитным доступом к информационным закромам Протектората. На Гессионе этим могли похвастаться разве что старшие представители родов да наиболее высокопоставленные свободные специалисты, в первую очередь менеджеры высшего звена. Подавляющее же большинство населения (из тех, кто в принципе имел доступ к «нейрам») довольствовалось локальными ресурсами планеты. Ну или платило немалые деньги за выход в «большую сеть».
Думаете, слишком до фига у меня привилегий? Отнюдь! Как по мне, так и маловато даже. Как минимум, всё это не окупает тех страданий — по большей части моральных, что даже хуже, чем физические — что выпадают на мою долю в поездках в Чжунго. А уж как отцу хреново, боюсь представить. Но тот привычный и не жалуется. Если только матери, но я не в курсе. Плюс он трудоголик, в отличие от вашего покорного слуги. И для него на месяц свалить из дома вообще не проблема. А по возвращении как ни в чём не бывало окунается в ворох местных проблем. Это только кажется, что основная его работа в Протекторате Чжунго. На самом деле с нашими местными аристо, интересы которых он и представляет на чужбине, проблем не меньше. Гонору что у тех, что у этих через край. А меня он, получается, жалеет. За что ему, конечно же, большое человеческое спасибо. Может, и я со временем привыкну… хотя вряд ли. Чем больше у меня за плечами вояжей, тем больше я убеждаюсь, что не моё это. Не хочу стелиться сначала перед вайгожэнь, которые в упор не видят презренных лаоваев, а потом перед собственными сокланами, для которых мы слабаки, привыкшие изворачиваться и плести интриги там, где другие брали силой. Если честно, устал, как собака! И это ещё львиную долю командировки отъела собственно дорога: полторы недели туда, столько же обратно, и неделя на месте. Но и тех семи суток хватило с изрядным запасом. Лично я бы бремени главы делегации не вынес, сто процентов. Тут референтом и мальчиком на побегушках подрабатываешь, и то выматываешься так, что хоть сразу в запой. Вы не представляете, с каким облегчением я свалил с отцовской яхты! Даже переодеваться не стал, как был в строгом чанфу, так и рванул! Прыгнул в глайдер, да был таков. А отец в столицу полетел, отчитываться. А по факту, безбожно бухать с Авериными. Он, кстати, и меня к этой традиции попытался пристрастить, но я упёрся рогом и отвоевал-таки лишнюю неделю отдыха. Ну, как отдыха? Учёбы в лайт-режиме, перемежаемой заездами на добывающие платформы да вояжи на острова, то бишь плановые инспекции родовых владений. Раньше этим отец занимался, но теперь, такое ощущение, с удовольствием свалил это дело на меня. А я и рад стараться — под этим предлогом множество делишек можно обделать совершенно незаметно. Плюс дела амурные… но о них позже, вон, автопилот уже посадочную траекторию задал, осталось только подтвердить касанием сенсора на голографической панели.
Что я, собственно, и проделал, и уже буквально через минуту выпростался из кабины, небрежно откинув блистер. Да-да, глайдер у меня крошечный двухместный, а из всех удобств лишь кресло на амортизаторах да гравикомпенсатор, не позволявший «насладиться» перегрузками при маневрировании. Зато багажник довольно просторный: хочешь, палатку грузи, а хочешь — бухло. А можно и то, и другое сразу. Плюс снарягу для погружений, например. |