И, осознав вдруг, насколько она доверяет Эрику, Тина получила ответ на свой вопрос: да, она влюблена в Эрика Вулфа.

Но от этого ей не стало легче, она совсем не хотела влюбляться ни в Эрика, ни в кого либо еще. Однажды она позволила себе потерять голову, и разочарование было столь болезненным и ужасным, что не стоило мимолетного любовного трепета.

Итак, что же делать? Наморщив лоб, Тина уставилась на пакетик с ветчиной, который она держала в руке, не понимая, откуда он взялся. Тяжело вздохнув, она засунула пакет обратно в холодильник   есть расхотелось   и уселась в кресло, удивляясь тому, что потеряла аппетит из за всех этих размышлений.

И все же надо было решать, что ей делать, а значит, обдумать свое положение и сделать выбор.

Можно прекратить встречаться с Эриком, не дать их пока еще непрочным отношениям перерасти во что то более серьезное. Таким образом, она не позволит себя ранить, на этот раз   еще сильнее прежнего.

С минуту поразмыслив, Тина отвергла этот вариант. Чего она добьется? Она ведь все равно будет его любить, а разрыв, скорее всего, ранит ее не меньше, чем возможные вероломство и неискренность Эрика.

Тина беспокойно закружила вокруг стола. Другой, менее мучительный путь   продолжать встречаться с Эриком, но только условившись, что их отношения будут чисто платоническими.

Ничего себе! Тина скорчила ироническую гримасу. Эрику стоило лишь взглянуть на нее, как она вся размякала. А его улыбка тут же сломила бы ее сопротивление.

Вот и весь выбор! Тине оставалось только поднять вверх руки в знак того, что она сдается. Она будет продолжать видеться с ним, спать с ним, потому что дело не в том, любит ли она его, просто он ей нравится. Правда, Эрик еще не сказал, любит ли он ее и нравится ли она ему, но Тина успокоила себя тем, что мужчины обычно неохотно признаются в своих чувствах. Они   особый биологический вид.

Измученная раздумьями, Тина решила подбодрить себя, насыпала молотого кофе в кофеварку и стала наливать воду, когда раздался звонок в дверь. Тине не хотелось открывать, но звонки продолжались. Решив, что это, должно быть, почтальон, она закрыла кран, отставила кофеварку и заторопилась к двери.

Но это был не почтальон.

  Хочешь есть?   спросил Эрик, помахивая клетчатым картонным ведерком и бумажным пакетом, которые он держал в обеих руках.

  Да,   ответила Тина. При виде Эрика к ней вернулся аппетит.   А что ты принес?

  Крылышки цыпленка с пылу с жару и со специями.   Эрик одарил ее пылающим взглядом и передал ведерко.   А еще картофельное пюре с подливкой и печенье.   Он держал пакет на весу.

У Тины потекли слюнки, она издала глубокий стон.

  Все малокалорийное и обезжиренное, я надеюсь.

  А, перестань, ничего с тобой не случится,   сказал Эрик, отдавая ей пакет и сбрасывая пиджак.

  Хорошо тебе говорить,   пробурчала Тина, глядя на его поджарую фигуру.   Тебе не надо беспокоиться о каждом кусочке, который ты отправляешь в рот.

  Наверное, но у меня есть средство, как решить твои проблемы.   Он усмехнулся.   Мы можем сбросить лишний вес энергичными упражнениями.   Выражение его лица не оставляло сомнений в том, какие упражнения он имел в виду.   А если это не облегчит твоих переживаний насчет калорий и жиров, то на обед ты можешь съесть отварную рыбу и салат.

  В любом случае я так и думала поступить,   ответила Тина, направляясь на кухню.   Но это тоже неплохо.   Она приподняла крышку ведерка и вдохнула пряный запах.   Пахнет замечательно и к тому же прибавляет десять фунтов к бедрам.

Еда оказалась действительно превосходной.