Мешок сняли с головы человека, и Илья увидел его лицо – парень, его ровесник с кучей синяков и кровоподтёков. Поработали над ним явно основательно, но дух явно не сломили. Он глядел на пленителей злобно, даже не думая изображать покорность. Гордый дух говорящих-аристократов было трудновато выбить. Хотя, возможно, там особо и не старались.

– Когда моя родня узнает... – прохрипел он, с подбородка сорвалось несколько красных капель. – Вас всех заживо похоронят... всех до единого.

То ли парень не понимал, в какой ситуации находится, то ли имел прямо-таки стальные шары. А может быть дело заключалось в прямо-таки зашкаливающем чувстве собственной важности. Им страдали многие говорящие. А иные и вовсе наслаждались.

Лично Илья со Свешником, как и с большинством влиятельных говорящих, не был знаком, но кое-что про их семейство слышал. Вроде бы они специализировались на разного рода криминале – торговле наркотиками и экзотическими рабами из других миров.

– Раскаиваешься ли ты в совершённых преступлениях? – спросил Свешникова военный.

– Я член благородного рода, – сказал тот, вскинул голову. – Я вправе делать с молчунами, что захочу.

Ну и наличию здравого смысла чувство важности не особо способствовало. Хотя кто знает, может быть парень знал, что с ним хотят сделать, и просто решил уйти красиво, глядя на убиц как на отходы жизнедеятельности?

Военный повернулся к камере.

– Вы сами всё слышали, зрители. Он даже не думает раскаиваться. Это падший и полностью аморальный человек, которому не знакомы нормы морали, – произнёс военный и обратился с подручным. – Развяжите его. И снимите блок. Пусть пользуется своими словоформами, как пожелает.

Свешников моргнул. Взгляд его стал удивлённым. Кажется, он даже не предполагал подобного развития событий. Сначала с таким риском поймали, а теперь внезапно отпускают. Что за дела?

С него сняли наручники. Он встал, потирая запястья и злобно зыркая по сторонам.

– Это ошибка с вашей стороны, – ухмыльнулся Свешников. – Я один из сильнейших говорящих в семье! Для меня вынести горстку молчунов не проблема! Один раз вам удалось застать меня врасплох, но больше такого не повторится!

Военный отступил, и вместо него на освещённый пятачок вышел новый персонаж. Это был человек невысокого роста, но широкий в плечах. Он носил гражданскую одежду, джинсы и серую рубашку. На видео лицо его было замазано при помощи цензуры.

Свешников отступил на шаг, поднимая руки в защитной стойке. Ютуб не мог этого передать, но Илья всё равно как наяву увидел, как вокруг кистей пленника закрутились золотые руны Речи. Говорящий готовился дать отпор и даже перейти в контратаку!

– Я сотру тебя в порошок, молчун, – пообещал Свешников, сверкая глазами. – Вы все уже трупы. Просто ещё не поняли.

Противостоявший Свешникову человек поманил небрежным жестом – дескать, начинай. И тот не заставил себя ждать. Вытянул руку в сторону противника, держа пальцы так, словно готовился стрелять из невидимого пистолета. Илья практически увидел, как руны сложились в оружие. Свешников нажал на спусковой крючок, прогремел выстрел.

Человек с цензурой вместо лица даже не пошевелился. То ли выстрел ушёл в молоко, то ли произошло нечто... не предусмотренное сценарием. Илья даже пожалел, что не присутствует при этих событиях – так бы он, возможно, догадался. Но на видео руны не отображались, игнорируя современные технологии съёмки. Лишь выстрел, точнее, его звук зафиксировала камера. От руки Свешникова даже потянулся дымок.

Говорящий широко распахнул глаза, словно увидел нечто невероятное.