— Она, судя по всему, неплохой специалист?

— Да, в области рукопашного боя мало кто из моих людей сможет справиться с ней. Но речь о другом. Однажды дочь заболела, долго пролежала в постели, а когда ей стало лучше, вышла прогуляться в парк вместе с телохранителем. И ничто не предвещало беды! Валя, телохранитель, убедившись, что кругом все спокойно, оставила на короткое время Тамару одну. Здесь-то и подстерег жертву обезумевший Виктор. Он набросился на дочь, срывая одежду. Девочка кричала, но он бил ее и продолжал свое гнусное дело. И этот ублюдок достиг бы цели, не появись Валентина. Времени бежать на помощь у нее уже не было, и она выстрелила в насильника из пистолета. Стреляла в плечо, а попала в голову. Виктор умер мгновенно. Перед вызовом милиции я позвонил Гофману, чтобы тот немедленно прибыл и мы бы во всем на месте разобрались. Он приехал. Когда увидел труп, ярости его не было предела. Он кричал, что я все подстроил, грозил всех уничтожить, требовал отдать ему Валю. Виктора где-то тихо похоронили, а я ждал каких-либо ответных действий со стороны Гофмана и приготовился к серьезной защите. Но ничего не последовало. Только недели через две он позвонил мне и сказал, что согласен с виной сына, но простить убийства не сможет никогда. Поэтому будет лучше, если наши отношения прекратятся и пути в бизнесе пересекаться не будут. Я согласился.

Гурам кочергой расшевелил угли, подбросил еще несколько поленьев.

— Прошло около года. Тамара продолжала учиться. Стресс, полученный ею, постепенно прошел. Она стала встречаться с молодым человеком, Романом. Познакомила меня с ним. Роман мне понравился. Он очень стеснялся, так как был из семьи среднего, скажем, достатка. Но для меня –  не главное, из какой семьи избранник дочери, лишь бы любил ее. Потом они решили поехать в Сочи, это было в начале прошлого месяца. Они уехали и пропали.

— Как это, пропали?

— Поездка планировалась на две недели. Причем непременным условием было ежедневное общение по телефону. Звонки прекратились ровно через неделю отдыха. Как и доклады охраны. Я немедленно отправил в Сочи своего помощника с людьми. На курорте ни дочери, ни ребят они не нашли.

— Может, решили поиграть в самостоятельность и рванули куда-нибудь?

— А охрана? Тоже с ними рванула? Не предупредив меня?

— Да, неувязка.

— Но это еще не конец истории. Это только начало. Пять дней назад, рано утром раздается звонок. Голос с сильно выраженным кавказским акцентом сообщает мне, что дочь находится в Чечне. Я, стараясь держать себя в руках, спросил об остальных. О Романе и ребятах охраны. На том конце кавказец только засмеялся. Давай, говорит, сначала о дочери поговорим. Я спросил, чего они хотят? Ответ –  миллион долларов!

— Не слабо, –  заметил Сергей. –  Аппетиты у них хоть куда.

— Да не в деньгах дело. Я могу собрать эту сумму. Но я сомневаюсь в похищении Тамары чеченцами. Что проще –  свалить все на горцев. У меня предчувствие, что дочь где-то рядом.

— Гофман?

— Думаю, да! Смотри. Он хоронит сына и клянется на его могиле отомстить за него. Кому он будет мстить?

— Понятно, вам.

— Мне, но как? Предпринять что-то сразу, значит –  война. А он слабее меня. Тогда он выбирает тактику выжидания. Ждет долго, копя в себе злобу. И наконец его час настает. Он узнает о поездке дочери на юг. Там, в Сочи, и захватывает ее. Охрану, наверное, просто убирают. Романа –  не знаю, не уверен.