|
У нее болела голова, в желудке бурлило, а пошевелить рукой или ногой было подобно пытке, но она решила не обращать внимания на некоторую болезненность между ног, ясно сознавая, что несколько бокалов шампанского, выпитых в Шато-де-Суан и позже, не могут быть тому причиной.
Леди Фентон, вполне оправившаяся от своего недомогания, была вне себя от беспокойства. Дейрдре выглядела ужасно, но это нельзя было приписать ежемесячному испытанию, столь обычному для женщин, потому что прежде девушка никогда особенно не страдала. Тетка сочла целесообразным послать за доктором.
Случайно встретив лорда Рэтборна в коридоре, ее милость поведала ему о своих опасениях, совсем забыв, что не симпатизирует этому недостойному джентльмену. Она испытала облегчение, когда граф взял хлопоты на себя и через час явился врач, чтобы осмотреть пациентку.
Доктор Шейн Маккаллум, личный друг графа Рэтборна, как член медицинского корпуса армии много раз наблюдал болезнь, свалившую с ног Дейрдре.
– По правде говоря, – сказал он ее милости, заговор-ически подмигнув Дейрдре, – я и сам иногда страдал от одобного недуга. Все беды от злоупотребления блюдами непривычной кухни.
Врач предписал ей принять стаканчик бренди. Дейрдре выпила напиток маленькими глотками, и через несколько инут ее стошнило. Вскоре, однако, она почувствовала себя емного лучше и пожелала встать с постели. Доктор Макаллум, посоветовавшей ей есть и пить умеренно до конца ня, удалился, чтобы нанести визит лорду Рэтборну, который, как он сказал страждущей Дейрдре, ожидал новостей о ациентке и очень беспокоился за нее.
Она узнала, что впала в немилость у лорда Рэтборна, в ту минуту, когда выходила из лавки торговца тканями, куда отравилась покупать новые корсет и панталоны.
Дейрдре заметила пустую двуколку графа и О'Тула, стоявшего возле лошадей. Граф подошел к ней, когда она переходила Гран-Пляс, и тут же почувствовала его властную руку на своем локте.
– Садитесь в двуколку, – приказал он коротко, и Дейрдре послушно подчинилась.
О'Тул был отпущен восвояси, и Рэтборн занял его место.
– Я не очень хорошо себя чувствую, – призналась Дейрдре. Голос ее при этом звучал жалобно.
– Ты сегодня видела брата?
– Нет. А в чем дело? – встревожилась Дейрдре.
– Похоже, он скрывается. Это меня не удивляет. Он знает, что я возлагаю на него ответственность за твои неблаговидные поступки, и хочет избежать кары. Теперь мне придется выделить людей, чтобы за ним приглядывали. Я надеялся, что теперь твой брат станет вести себя разумнее.
– Не говори нелепостей. Если уж я что-то решила, Арман прекрасно знает, меня не остановить. Не приписывай ему вину за мои проступки.
– Ты всегда найдешь ему оправдание!
– А ты никогда не слушаешь голос разума, если речь идет об Армане.
Снова повисло тягостное молчание. Рэтборн сосредоточился на дороге, пытаясь проехать между двумя фургонами, груженными провизией, которые стояли по обе стороны узкой улицы, ведущей от площади. После того как этот сложный маневр увенчался успехом, он снова заговорил, с осторожностью подбирая слова:
– Я только что получил письмо из дома, вызвавшее у меня некоторое беспокойство. В нем упоминается твой брат. Мне придется уехать из города на несколько дней. Когда вернусь, нам нужно многое уладить.
– Гарет... – начала было Дейрдре.
– Нет, Ди, твои желания больше не в счет, – перебил ее граф. – Если потребуется, я все расскажу твоему брату и сэру Томасу. Поэтому будь хорошей девочкой до моего возвращения. Я оставляю О'Тула приглядывать за тобой. Посмотрим, сможешь ли ты восстановить его хорошее мнение о себе. Жди моего возвращения пятнадцатого. |