— И что это будет? Пресловутый паровоз?

— Нет, что ты. Однажды непременно, но ещё не сейчас. А ну-ка, скажи мне, что включает в себя стандартная модель промышленного развития?

— Понятия не имею, — признался я. — В медицинском учился, там политэкономию не преподавали.

— Я бы давал основы всем, чисто для понимания, в каком мире мы живём, — покачал головой Фред, — но я не министр образования, и слава богу. Ладно, просвещу тебя: стандартная модель промышленного развития включает в себя четыре условия: общенациональный рынок, внешние таможенные тарифы, инвестиционные банки и массовое образование. Что из этого есть здесь?

— Ничего? — предположил я.

— А вот и нет. Общенациональный рынок, то есть отсутствие внутренних торговых барьеров, тут имеется. Империя есть империя, и всякие местечковые попытки ставить препоны торговле, типа региональных пошлин и платного проезда через мосты, придушил железной рукой ещё Перидоров дедушка. Низкая плотность населения и высокие транспортные издержки мешают его развитию, но сам рынок безбарьерный. До таможенного протекционизма Перидор тоже дорос сам, мы лишь немного подсказали в прошлый раз, сориентировав по товарным группам. Иначе более развитые в экономическом смысле соседи быстро затолкали бы его в сырьевой тупик.

— Это как?

— У Меровии два сильных соседа, Багратия и Киндур. Причём с первым есть давний территориальный спор — Калания. Регион, который сейчас является частью Меровии, но так было не всегда. Разбираться, кто прав в исторических претензиях, дело бессмысленное, но Багратия активно поддерживает местных сепаратистов и мечтает об аннексии. Там относительно легко разрабатываемые месторождения каменного угля, а багратцы уже на пороге промышленного рывка. Пока это всего лишь мануфактурное производство, но и этого достаточно, чтобы полностью наполнить крошечный рынок промтоваров Меровии.

— Это плохо?

— Хуже некуда. Вывозя хлеб и завозя промтовары, Меровия попадает в сырьевой тупик: цены на сырьевые товары снижаются быстрее, чем на промышленные, поскольку с ростом доходов населения спрос на промышленные товары растёт значительно больше. Поэтому торговля развивающихся стран с развитыми всегда со временем становится всё более невыгодной, закрепляя отставание. Из-за малого объёма внутреннего рынка издержки промпроизводства выше, в результате собственная промышленность не может конкурировать по цене с импортом и умирает не родившись. Импорт приходится давить пошлинами, что дико бесит торговую прослойку, не давая ей создавать капиталы, и раздражает элиты, потому что предметы престижного потребления тоже импортные, а значит, пошлины их удорожают. В общем непопулярный шаг, но неизбежный.

— А почему Багратия более развита?

— Море, — пояснил Фред. — У Меровии нет удобного выхода к морю, только на севере, где порты замерзают. Багратия — морская держава, а что даёт море?

— Что?

— Колонии, друг мой. Колонии. Это и дешёвая рабочая сила в агросекторе, в виде завозимых рабов, и рынок сбыта промтоваров, и источник сырья, а главное — механизм формирования инвестиционных капиталов у торгового сословия. Поэтому Перидор в такой заднице и поэтому ему нужны мы. Честно ему эту гонку не выиграть.

* * *

— Мой паладин!

— Моя принцесса!

— Я ждала вас, граф Михаил Док.

— Я вспоминал о вас, принцесса Катрин.

— Я очень, очень вас ждала. Вы мне были так нужны! Вы… — и девочка, забыв о протоколе, бежит ко мне.

Я подхватываю её и осторожно обнимаю, стараясь не помять пышное платье.

— Катька! — восхищается Нагма.