Перед лицом такой ярости я внезапно почувствовала ледяное спокойствие.

– В таком случае должна напомнить, что вы в моей спальне и в моем доме, и если не возьмете себя в руки и не вспомните об элементарных правилах приличия, мистер Шеннон, буду вынуждена просить вас удалиться! Вам ясно?

На секунду мне показалось, что сейчас совершится убийство. Тодд побагровел, из глаз буквально посыпались искры.

– Что?.. Ты… ты…

Но тут, словно добрый ангел, вмешалась Марта:

– Ваш халат, хозяйка…

Испуганный шепот, как ни странно, немного образумил Шеннона: повернувшись, он неузнаваемо хрипло бросил через плечо:

– Хорошо. Подожду. Пять минут. И войду, даже если придется выломать проклятую дверь.

Ему пришлось подождать десять минут. Я сполоснула лицо холодной водой, выбрала блузку и юбку. Тодд ненавидел, когда я одевалась как крестьянка. Пусть поймет, что не смеет мне приказывать! Теперь трудно было представить – неужели я когда-то согласилась выйти за него, позволила увлечь себя, подчинить грубой мужской силе.

Тодд Шеннон оказался всего-навсего высокомерным, бесчувственным невежей, привыкшим любой ценой поставить на своем.

Он приветствовал меня в обычной манере:

– Будь я проклят, если ты не выглядишь словно нищая девчонка какого-нибудь грязного фермера! Твой дружок-полукровка, наверное, велел тебе так одеваться?

– Ну что вы! – мило улыбнулась я. – Он предпочитал видеть меня вообще без одежды! Вы именно это хотели слышать?

– Ты наглая шлюха!

– А вы, мистер Шеннон, сварливый грубиян и невоспитанный наглец!

Мы стояли друг против друга словно враги, я упрямо не опускала глаз. Тодд делал невероятные усилия, чтобы сдержаться.

– Значит, это правда, не так ли? – Обманчиво мягкий голос неожиданно раскатился громом ярости: – Будь ты проклята! Я имею право знать, что за создание просил стать своей женой, и не притворяйся, будто не знаешь, о чем идет речь! Ты и Парди, ты и Корд, а в промежутке бог знает сколько индейских воинов. Скажешь правду или нужно выбить ее из тебя?!

– Попробуйте пальцем притронуться, и пожалеете! – предупредила я. – А прежде чем снова начать мне угрожать, Тодд Шеннон, прошу учесть, что я все еще владелица половины «Ранчо ШД» и могу позволить иметь столько же вооруженных наемников, сколько и вы. Пора бы вспомнить, что имеете дело не с униженной, испуганной девчонкой, которая слова в ответ не скажет, если вам вздумается затеять ссору!

Лицо Тодда ошеломленно вытянулось.

– Как! Ты в самом деле смеешь повышать на меня голос?!

– Просто отвечаю на ваши угрозы, – напомнила я холодно и, видя, что он вот-вот снова взорвется, поспешила добавить: – Сами понимаете, пока мы будем ссориться и осыпать друг друга оскорблениями, ни к чему не придем. Спросили бы вы у меня обо всем откровенно, вместо того чтобы кричать…

– О каких вопросах ты говоришь?! Я стал всеобщим посмешищем, и это после того, как едва не сошел с ума, опасаясь, что эти ублюдки тебя прикончили! За кого вы меня принимаете, мисс?! За безвольного дурака, вроде моего племянника, воображающего, что влюблен в тебя, и готового поэтому поверить чему угодно?! О да, он провел полночи и утро, пытаясь все объяснить и найти тебе оправдание. Но клянусь Богом, я желаю услышать и твои объяснения! Собираешься их давать или нет?!

– Могу сказать правду, хотя вряд ли она придется вам по вкусу. Сядьте, пожалуйста, неприятно, когда надо мной возвышаются.

Наконец он, упрямо хмурясь, согласился все выслушать, и я обнаружила, что не могу ни секунды оставаться спокойной.