Глава 4

– Как вижу, вы разумная, уверенная в себе молодая дама, – нехотя, словно против воли, похвалил мистер Брэгг.

Проницательные глаза под седеющими мохнатыми бровями впились в меня; он едва уловимо удовлетворенно кивнул:

– Ну да. Должен сказать, вы меня приятно удивили. Не знал, с кем придется иметь дело, извините за откровенную речь. Даже Гаю не было известно, какой вы стали, только разве что старый граф, его отец, воспитывал вас по своим принципам. И насколько я понимаю, вы получили хорошее образование. Гай был так рад. Он всегда придавал этому большое значение. Необычное сочетание для женщины – ум, красота и образованность.

Я не знала, сердиться ли мне или смеяться над такими комплиментами, но все же взяла себя в руки настолько, чтобы спокойно ответить и хладнокровно посмотреть в любопытствующие глаза Элмера. Тот, неожиданно заулыбавшись, подергал себя за густые лохматые усы.

– Хм-м! Вы к тому же еще и не болтливы! Молча взвешиваете, как ко мне относиться! Это тоже неплохой знак! Вы встретите совершенно незнакомых людей, и, если совет такого старика, как я, может помочь, лучше продолжайте держаться именно так, как сейчас. Слушать, наблюдать и говорить как можно меньше. – Помолчав секунду, он неожиданно выпалил: – Вы обладаете собственным взглядом на вещи, леди Ровена?

– Естественно, иначе вряд ли была бы здесь! Но я представляю, как много предстоит узнать перед тем, как отправиться в Нью-Мексико, и именно поэтому пришла к вам. Отец оставил у вас письмо, а судья Флеминг сказал, что вы один из очень немногих, кто способен дать разумный совет.

– Значит, это судья прислал вас? – хмыкнул Брэгг. – Ну что ж, я и вправду знаю о Гае и о том, что творилось в его голове, больше, чем все остальные, включая Тодда Шеннона. Думаете, я способен дать вам полезный совет, так? – Он снова дернул себя за усы, задумчиво оглядел меня. – Может быть, может быть. Да, интересно, что вы собираетесь делать. У вас какое-нибудь деловое предложение? Собираетесь стать моей клиенткой?

– Если согласитесь, конечно, – вежливо кивнула я. – Вы даже можете найти это занятие весьма увлекательным. Или навсегда решили покончить с делами?

– Навсегда? – фыркнул он. – Черта с два навсегда, извините за выражение! И старый лис Флеминг тоже это знает! Несомненно, все успел вам рассказать, когда отправил ко мне. Отец ваш перед смертью послал за мной. Поэтому я только сейчас приехал. Вы будете поражены, узнав, как много мне известно. Кстати, знаете, что Тодд Шеннон пытался опротестовать завещание Гая? Ту часть, где тот оставил вам свою половину ранчо?

Перехватив острый ехидный взгляд, я кивнула:

– Да. Судья Флеминг говорил. Но ведь…

– А, – небрежно взмахнул рукой Элмер Брэгг, как бы отметая все мои объяснения. – Именно это я имел в виду, когда говорил, что знаю больше остальных. Шеннон понимал, что у него нет ни малейшего шанса выиграть иск. Чисто театральный жест – громкий официальный протест. Тодд всегда считал само собой разумеющимся, что Гай оставит ему все ранчо, без всяких условий. И тут словно гром с ясного неба появляетесь вы! Что он о вас знает? Титулованная молодая англичанка, капризная леди. А что знал о вас Гай, кроме того, что вы его дочь? Поверьте, если бы Тодду сообщили, что вы приезжаете, он тут же велел бы своему племяннику Марку – молодому адвокату – встретить вас в Бостоне и предложить очень щедрую сумму за долю в ранчо. И без сомнения, он потребовал бы от Марка, чтобы тот убедил вас вообще не приезжать в Нью-Мексико.