— Это не имеет значения. Вы говорили мне, что уже много лет знакомы и с Дотти Бич, и, как мне показалось, не обнаружили при этом достаточной уверенности в ней. Синьор Д'Амато должен возглавить список, поскольку он стал первым, с кем вы имели здесь дело. Однако он не является единственным лицом, знающим о вашей поездке в Италию. Как насчет вашего партнера по бизнесу?

— Клайва? Но он — мой бывший муж, — ответила я.

— Боюсь, что неудачный брак становился причиной не одного преступления, — возразил он.

— Я понимаю это, но Клайв при всех его недостатках просто не мог впутаться в такую историю. Конечно, он мог невольно рассказать кому-то о том, где я нахожусь. Более того, если подумать, он именно это и сделал. Он говорил мне, что в магазин звонил какой-то Антонио, интересовавшийся названием отеля, в котором я остановилась. Клайв посчитал, что Антонио работает у Д'Амато.

— А ваш друг, кажется, вы говорили, что его зовут Роб?

— Роб знает, где я нахожусь, но сейчас с ним невозможно связаться. Его дочь Дженнифер хорошо вышколена и о том, где можно меня найти, расскажет только хорошо знакомому человеку. Она бы передала мне имя и телефон такого человека по электронной почте, но не стала бы называть ему мой номер.

— Но теперь о вашем пребывании в Италии знают многие люди.

— Да, — согласилась я. — Вижу, что дело Лолы оказалось в надежных руках.

Он улыбнулся.

— Вы считаете, что я допрашиваю вас? Ну, разве что самую малость. Однако продолжим. Знаете ли вы, кому принадлежал дом, в котором обнаружили тело Бальдуччи?

— Да, его фамилия упоминалась в газетах. Мауро, Джино Мауро. Он — знаком с Марио Романо. Так сказала мне его дочь.

— Его дочь? Занесите и ее в список. Кого еще мы забыли? — спросил он, ставя передо мной блюдо с дымящимися макаронами и наливая граппы себе и мне. — Кому известно, что вы разыскивали Лейка? Его сестре.

— Да, Бренди. И служанке, и сиделке Бренди Майре. Ее фамилия мне тоже не известна. Она говорила мне, что не имеет возможности связаться с Лейком, но кто-то это сделал. Он знал о том, что я побывала у нее, и даже то, что я принесла ей белые розы.

— Теперь мы говорим о настоящем Кроуфорде Лейке, не так ли? Список уже включает двадцать имен. Кажется, я не ошибся? Двадцать?

— Я забыла упомянуть Анжело. Нового любовника Дотти. Молодой и симпатичный парень, она нашла его в агентстве Евгении Понте.

— Анжело, — повторил он. — Двадцать один.

— Анжело Чипполини, — добавила я. — И еще Альфред Мондрагон.

Сальваторе вопросительно посмотрел на меня.

— Я же говорил вам, что вы забыли о многих лицах. Кто такой Мондрагон?

— Я разговаривала с ним по телефону. Британский делец, занимается торговлей произведениями искусства. Он осуществляет покупки для настоящего Кроуфорда Лейка, однако Мондрагон говорил, что не знает, как связаться с ним. Может быть, врал, может быть нет.

— Итак, двадцать два. А точнее двадцать четыре.

— Двадцать четыре? А кто остальные двое? — спросила я.

— Лола и я, — ответил он. — Жизнь, как я уже упоминал, это умение доверять. И в настоящее время вы не можете слепо довериться никому. Итак, оставим в списке всех двадцати четырех человек, что бы вы там ни думали о своем личном друге, его дочери и деловом партнере.

— Сальваторе, — предложила я. — По-моему, мы можем чуть сузить этот перечень. Возможно, что врагов у меня больше, чем мне известно, но я знаю своих друзей. Давайте вычеркнем вас и Лолу, Роба, Дженнифер, Клайва и Д'Амато.