|
С тех пор, как он вернулся с Луны, для Эверетта Л не существовало помех. Воспоминание привело в действие систему улучшения зрения, которую мадам Луна вживила в мозг. Каждую минуту он находил у себя все более невероятные способности. Новые ощущения пугали — все равно, что неожиданно обнаружить себя стоящим на самом краю высоченного небоскреба. Разум Трина открыл двери во все уголки его тела и мозга. Дома на кухне, рядом с фотографией диджея «Radio 2» Криса Эванса и наивной мазней Розы, висел рождественский календарь: двадцать открытых и пять закрытых окошек, за каждым окошком — картинка с сюрпризом. Теперь он и сам был как тот календарь, только за ставнями прятались не заснеженные пейзажи, снегири и волхвы, а суперспособности и инопланетное оружие.
Сумрак рассеялся. Эверетт стоял на металлической решетке в промозглой сырой камере. Портал Гейзенберга со всех сторон окружали компьютеры. По каменному потолку, усеянному лампочками, тянулись провода. Напротив застыли солдаты в черном, мягкие фуражки и твердая сталь. Дула были направлены на него. Интересно, чего они боятся? Эверетт Л ступил на пандус. Дула дрогнули, но не опустились. Слепящий белый свет озарил лица. Портал Гейзенберга открылся. Эверетт Л быстро понял: покажи им, что ты умеешь, и они никогда об этом не забудут. Система улучшения зрения довела освещение до комфортного уровня. Шарлотта Вильерс вышла из ворот, и свет погас. — Вольно, — приказала она. Солдаты опустили оружие. Из-за их спин выступил плешивый неряшливый тип в мятом плаще с криво повязанным галстуком. — Добро пожаловать на Землю-3, Эверетт. — Незнакомец протянул руку, но не спешил жать ладонь. — Глазам не верю, кто бы мог подумать… — Ради всего святого, Пол, это всего лишь двойник, — бросила Шарлотта Вильерс. — Да-да, конечно, — засуетился плешивый. — Просто… Простите, Эверетт, я был знаком с вашим отцом, я знал… знаю вашего двойника с пеленок. Я был… близким другом вашей семьи, практически вашим дядюшкой. — Я вижу вас первый раз в жизни, — сказал Эверетт Л. — Может, в моем мире вы и не работали с отцом и вообще не из университета. Может, там вас и вовсе нет. Плешивый не стал настаивать. — Пол Маккейб, — пробормотал он и вяло пожал ему руку. Эверетту Л показалось, что рука дрожит. За спинами военных Эверетт Л заметил еще одно гражданское лицо, и тут пришла его очередь дрогнуть. — Колетта? При звуке его голоса она поморщилась, подняла глаза, и во взгляде Эверетт Л прочел множество взаимоисключающих эмоций. Узнавание и смущение. Воспоминания и нежелание вспоминать. Приязнь и ужас. — Значит, я должен найти его? — спросил он, стоя у портала еще в своем мире. — Нет, Эверетт, — покачал головой Шарль Вильерс, — вы должны стать им. — Идемте, Эверетт, — скомандовала Шарлотта Вильерс, каблуки зацокали по металлу, — хватит пялиться. Солдаты расступились, Пол Маккейб испуганно отпрянул, давая дорогу. Эверетт Л последовал за Шарлоттой Вильерс. За дверью оказался длинный, вырубленный в скале туннель, лампочки на потолке тревожно мигали. Ничего похожего на белоснежную комнату, откуда совершались перемещения в его мире. — Где мы? — Ворота миров номер один, — ответил Пол Маккейб. Судя по акценту, ты из Северной Ирландии, подумал Эверетт Л, и ты никогда не забудешь моих слов, что в моем мире ты никто. — Мы ухлопали кучу денег на пиарщиков, которые придумали это название. Глупо, да? Вы находитесь во вспомогательной штольне, ее пробурили в семидесятых годах прошлого века. В вашем мире есть туннель под Ла-Маншем? — Три, — ответил Эверетт Л, — и все три на магнитной подвеске. |
