— Ага, не будем, — дрожала в сторонке пассия аристократа. Она явно перенервничала и кое-как справлялась с подступающей паникой.

— Валите отсюда, черти, — процедила Зинаида, напирая на Эдика. — Я ведь тебя предупредила? Предупредила. Ты не понял…

Что ж, я этого не хотел, честно, но, видимо, придётся.

— Зин…

— Чего тебе? — оглянулась она, а в глазах её пылала ярость.

— Поспи немного, — я коснулся её запястья, успокаивая очередным импульсом.

— Ну вот чо ты, Лёшик… — Артишок забавно прищурилась, вытянула губы уточкой. — Блин, забавный ты, канеш… ха!

Она закатила глаза и упала, я кое-как успел подхватить её, и подскочившие Миша с Ромой помогли. Отнесли её на травку, подальше от берега.

По-другому этот конфликт нельзя было решить. Учитывая настрой Зины, он бы продолжился, а Эдик, судя по его удивлённому взгляду, всё осознал и не хотел ссориться. Вот только гражданку Артишок понесло так, что и танком не остановишь.

— Боевая у вас подруга, — Эдик ошарашенно взглянул в сторону похрапывающей Зинаиды. — Прям фурия.

— Да, этого у неё не отнять, — улыбнулся я в ответ.

— Спасибо за помощь, — поблагодарил аристо, прокашлявшись. Видно горло пересохло от волнения.

— Я не тебе помогал, сам знаешь, — пробурчал я в ответ.

— Да что ты базаришь с ним, — бросил в его сторону Рома. — Пусть проваливают.

— Нет, Рома, места всем хватит, — возразил я и вновь повернулся к замершему передо мной аристократу. Затем махнул в сторону. — Можете устраиваться вон там. Мы вас больше тревожить не будем, но и к вам такая же просьба.

— Да и я то же самое хотел предложить, — приветливо улыбнулся Эдик.

— Поначалу и не сказал бы, — заметил я.

— Тут уж прошу простить. Переборщил, виноват, — признался Эдик, пряча виноватый взгляд. Видно он не играл, по-настоящему было стыдно. Но затем он вновь удивлённо взглянул на меня: — Но как ты… Как у тебя получилось успокоить Жору? И остальных тоже.

— Я лекарь, ничего странного, — весело ответил я. — Просто подарил им на время немного анестетика.

— Анестетика? Эт чо? — подошёл к нам длинноволосый друг Эдика, который держался в стороне и старался не влезать в конфликт.

— А это наркоз, усыпляющее, — объяснил я и направился к друзьям, бросая напоследок: — Хорошего отдыха.

Я вернулся к Роману и Михаилу. Миша был всё ещё бледным, он перенервничал явно. До сих пор сжимал картофелины в руках, но уже приходил в чувство. А Рома удивлённо смотрел на меня.

— Ты опять своё это применил… усыпляющее кунфу, хе-хе, — растерянно улыбнулся рыжий. — Ну а Зину-то зачем?

— А то ты не знаешь? Да она бы разнесла здесь всех. И зачем нам ссориться с аристократом? Сам посуди, — тихо объяснил я, и махнул в сторону мангала. — Давай лучше вон, подкинь дровишек, огонь тухнет.

— Ох ты ж! Точно! — Рома кинулся к мангалу, начиная суетиться вокруг него.

— Оставь в покое картофель, метатель-убийца, — хлопнул я по спине Михаила, приводя в чувство.

Миша взглянул на меня, затем проморгался и вернул клубни в пакет.

— Я уж думал, что попали, — вздохнул Миша, почёсывая пухлую щёку.