— А ну пусти, ты, дубина стоеросовая, — буркнул он, и Пуля убрал руки, отходя в сторону.

Старик вскочил и быстрым очень энергичной походкой, которой позавидовал бы любой в его возрасте, зашагал до двери.

— Ч-чёрт, — выплюнул старик, когда у него из-под пиджака выпал диктофон. Прибор с громким треском упал на плитку, откатываясь к двери.

Старичок сиганул за ним со скоростью гепарда. Да он в такой форме, что даже Захарычу такая не снилась.

— Берегите аппаратуру, уважаемый! — бросил я ему вслед.

— Угу, лучше себя береги… — фыркнул дед.

— Если увижу новости про себя и нашу клинику в Сети, моя запись пойдёт следом, как опровержение, — предупредил я его.

— Да пошёл ты! Пошли вы все! — психанул старик. — Умники, тоже мне!

Он выскочил в коридор, напоследок хлопнув дверью, и Настя вздрогнула от неожиданности.

— Снято, — тихо хихикнула она, убирая телефон в карман. Затем рассмеялась. Сначала тихо, затем громче. Когда в приёмную зашёл мрачный Захарыч, Настюха гоготала во весь голос.

Пуля её поддержал, отчего даже у меня уши заложило.

— Вы чего вытворяете⁈ — воскликнул Захарыч, округляя глаза как филин. — Совсем офонарели⁈ Пациент вышел от вас злой как чёрт, а они смеются. Тут плакать надо!

— Да подожди, Захарыч, сейчас расскажем, — сквозь смех выдавил я.

— Ой не могу! Ах-ха-ха! Вирус красного глиста-а-а, ха-ха! — верещала Настя.

— Прекратить! — прохрипел Захарыч, затем закашлялся. Настя затихла, убирая с лица слёзы при помощи впитывающей салфетки.

— И ты тоже успокойся. В общем, рассказываю вкратце. Давай, присаживайся на стул, — пригласил я кашляющего старика. — Может водички?

— Нет, рассказывай уже, — выдавил старик.

И я начал с предыстории, напоминая о прошлом посещении старичка, а затем в двух словах рассказал, что произошло сейчас.

Захарыч хрюкнул от смеха и весело взглянул на меня.

— Да, Алексей, молодец. Таких надо учить… Вот же пакостник, хех, решил тут всех подставить, значит, — пожилой лекарь сокрушённо покачал головой. — Но хорошо ты его уделал, не спорю.

— Столько лет прожил дед и всё коту под хвост, — добавил Пуля. — Так ума и не набрался.

— Всё же надо было у него выпытать, кто его послал, — заметил Захарыч.

— И как ты это себе представляешь? — улыбнулся я, кивнув в сторону Пули. — Вон, Олег задержал его, ты бы видел, как он начал кричать.

— Да, громкий старичок попался, — ухмыльнулся Пуля.

— Ну правда, Егор Захарович, — улыбнулась Настя. — Его, что, пытать надо было?

— Ай, ладно, — махнул Захарыч. — Главное, отшили его — и то хорошо… Кстати, там клиенты прибывают, а мы тут прохлаждаемся. Всё, давайте-ка за работу, юмористы. И я пойду, хренову тучу бумажек разбирать.

Захарыч с Пулей вышли, ну а мы с Настюхой перешли к приёму пациентов. Уже тех, кому действительно нужна помощь.

Обеденное время наступило быстро. Не успел оглянуться — и вот меня уже позвали в обеденную.

Настюха умудрилась притащить на работу манорубку. Всё же обещанные сосиски я продегустирую уже скоро.

— Это такая штука… такая… — Настюха восхищённо охала вокруг овального корпуса манорубки, открывая приёмный раструб и загружая заранее приготовленные куски говядины и свинины, обваленные в специях, соли и мелко покрошенном луке.