Во-первых, огни, движение и вообще – городская активность. Нью-Йорк всегда считался символом городской цивилизации… Суета, потоки машин, дым от выхлопов и заводов… Скажите «Нью-Йорк» и посмотрите, что за образ придет в голову среднему обывателю. Однако сейчас, в сгущающихся над городом сумерках горело лишь несколько огней да пара пожаров, вот, пожалуй, и все. Впрочем, нет – не все. Где-то вдали, там, где в соответствии с картой находилась Вашингтон-авеню, разгоралось малиновое сияние, ни на что не похожее, ровное и очень яркое. Светилась – когда Эй-Ай переводил свою оптику в инфракрасный режим – сеть труб и трубок, пересекающих теперь пространство между домами под самыми необычными углами. Затем – и как-то сразу – зажглись огни к востоку от Ральф-авеню, и вдруг тяжелый стон донесся с той стороны. Так могла бы стонать статуя Свободы, будь она в сто раз больше. Огни погасли.

    – Городские автоматические машины продолжают работать, – заметил Гик. Киберпанки воздержались от комментариев. Помимо картинки и звука, которые Люк передавал для своих друзей, он и остальные члены четверки обменивались большим количеством информации, людям недоступной. Раз Гик говорит, что работают машины, значит, так оно и есть. Продолжают убирать улицы…

    Впрочем, некоторые звуки могло различить и человеческое ухо. Вот застучал пулемет. Смолк. Вот бухнуло, зашипело и грохнуло. Ну, это понятно. Что мы, кино не смотрим? Ракета. Земля – что-то там такое. Земля – точно, потому что из воды оно не могло стартовать, далеко, а в воздухе никого нет. Хотя с появлением на вооружении НАТО систем активной маскировки это трудно было утверждать наверняка. Затем… Киберпанки и Эй-Ай были одинаково озадачены новым звуком. Выла сирена… и она двигалась.

    – Что это, полиция? – удивился Боб. – Я полагал…

    Он не закончил – Эй-Ай уже выделил соответствующий кусок пейзажа и разглядывал его теперь с предельным увеличением.

    – Дальность три километра, – сказал он наконец. – Скорость восемьдесят километров в час. Направление – на запад.

    – Направление чего?

    – Направление движения сирены.

    – А машина-то где?

    – Машины нет.

    – А сирена есть?

    – Есть также скрип тормозов и шин, звук двигателя и отраженные звуки… – добавил Эй-Ай. – На локаторе, однако, тоже пусто.

    Машина-невидимка пронеслась по видимому участку улицы и скрылась за поворотом под недовольное бормотание Боба, что, мол, только невидимой полиции им и не хватало для полного счастья. Затем за углом, куда свернула машина, взметнулось пламя, а через полминуты до затаившегося на противоположном берегу наблюдателя докатился взрыв.

    – Параметры звуковой волны соответствуют взрыву бензобака, – заметила Кира.

    – Кстати, если обшить полицейскую машину мимикрилом…

    – И с сиреной – для пущей маскировки. Точно!

    – Дела… Ты, Люк, похоже, не самое странное тут явление.

    – А что, тебе не нравится, как он выглядит? – немедленно обиделся Гарик.

    Выглядел Эй-Ай совсем не так, как месяц назад, когда они, все четверо, пробудившись после девятилетнего сна, «вышли в люди». Тогда это были тяжеловооруженные гусеничные тележки, и ничего человеческого в них не было. Нынче же… Ну что же, технический гений Гарик из далекой Италии и правда совершил невозможное.