|
Ту её часть, что близко контактирует с костями черепа, превращаю в молекулы, отправляя их внутрь головы Клайфесса. Остальную часть хлеба использую для прикрытия «молекулярного вещества» — времени как раз хватает для того, чтобы провести в голову часть разложенной на молекулы массы. Вижу, как останавливается болотный безумец, видимо пытающийся понять, что происходит. А сам я снова собираю хлеб вместе, создавая семь шипов внутри головы и сразу нанося ими удар. Не факт, что все они образуются прямо в мозге, но как минимум часть из них, судя по реакции противника, оказывается в нужном месте — родственник Джойла делает дёрганое движение вбок, после чего падает на землю. Продолжаю перемещать шипы внутри его черепа, одновременно с этим поднимаясь на ноги. Перепачканная в земле телохранительница, одну за другой выпускает в цель три пули, после чего принимает перезаряжать винтовку. А я шагаю вперёд, приближаясь к распластавшемуся на земле противнику.
По дороге, бросаю взгляд на призванную, что прикрыла меня своим телом и понимаю, что девушка точно мертва — кожа иссиня-чёрная, а признаки жизни полностью отсутствуют. Взгляд сразу же перемещается к виконтессе, тоже лежащей на земле и я ускоряюсь. Чёрная пыль из которой состояло около трети тела Клайфесса опадает вниз — насколько я понимаю, ублюдок окончательно сдох. Оказавшись вплотную к Айрин, останавливаюсь, не в силах поверить свои глазам. Кожа такого же цвета, как у погибшей призванной и никаких признаков дыхания. Метрах в пяти от меня поднимается на ноги изрядно помятый механоид с покорёженым корпусом и без правой руки, в которой он держал пулемёт. Я же опускаюсь на колени около Мэно, прикладывая руку к её шее. Разум подсказывает, что пульса точно не обнаружится, но не проверить, я просто не могу. Так и держу пальцы на шее, пока меня не выводит из ступора звук выстрела, прозвучавший совсем рядом. Повернув голову сталкиваюсь взглядом с уцелевшей близняшкой. — Время убивать, а не плакать! Призванная сразу отворачивается, делая ещё один выстрел, а я, поднимаясь на ноги, чувствую, как внутри плещется непонятное чувство, которое я не могу идентифицировать. Но она права — сейчас не время, чтобы… Оборвав мысль, создаю в воздухе ледяные глыбы, сбивая на землю одного из рицеров. После чего повторяю приём с извлечением хлеба и одного за другим принимаюсь атаковать созданий, что продолжают убивать моих людей. У рицеров нет такого дымчатого щита, как у Клайфесса — получается куда проще. Достаточно ударить с той стороны, что не защищена чёрной пылью и считай, противник уже уничтожен. Когда с последним из монстров покончено, снова поворачиваюсь к Айрин и наклонившись, закрываю распахнутые глаза, невидяще уставившиеся вверх. Разогнувшись, окидываю взглядом треугольник земли — мы потеряли не меньше половины бойцов убитыми, а несколько десятков раненых оглашают воздух стонами. Взгляд падает на заляпанного грязью Кравнеца, который с ошалелым видом оглядывает солдат и я делаю несколько шагов, приближаясь к нему. — Капитан! Восстановить порядок и сформировать оборонительную линию. Выставить дозоры. Быть готовыми ко второй атаке. Эмоции, которые на момент полыхнули, куда-то ушли и фразы получаются сухими. Офицер, впрочем, реагирует сразу же — глянув на меня, принимается раздавать команды, выдёргивая из общего скопления сержантов и сыпя приказами. А я сам шагаю к Эйкару, над которым склонился Канс. Ожидаю увидеть ту же картинку, что и у девушек, но оказавшись рядом, понимаю, что старый маг жив и даже что-то говорит. Правда расслышать не получается — когда я нахожусь уже в метре от него, тот замолкает и скосив на меня глаза, прикрывает их. Мрачно смотрю на разогнувшегося Канса, ожидая известия о гибели Эйкара, но тот озвучивает совсем другое. — Он смог остановить процесс уничтожения тела. Попросил вернуть его в чувство, когда у нас под рукой окажутся жертвы — продиктовал связку, которая должна в этом помочь. |
