Гельдер выпрямился.

— Подготовиться к размещению буя, — скомандовал он. — Переключить мощность на гидравлику.

— Переключаю мощность на гидравлику, — отозвалась Соколова, перебрасывая переключатели. — Готово.

Гельдер схватился за управляющие рукояти манипуляторов и поднял буй. С дополнительной выталкивающей силой воды дело пошло довольно легко. Он толкнул рукояти вперед, и буй сошел с подлодки, с полки, где держался. Гельдер повел рукоятями вниз, и буй встал на дно, подняв небольшое облачко ила. Он вернул рукояти в первоначальное положение.

— Убрать мощность с гидравлики.

— Мощность с гидравлики убрана, вся батарейная мощность переключена на силовую установку, — сказала Соколова.

Гельдер проверил показатель инерционной навигационной системы.

— Пятьдесят восемь градусов, двадцать одна минута десять секунд северной широты; восемнадцать градусов, двенадцать минут, две секунды восточной долготы, — громко произнес Гельдер, одновременно записывая координаты в судовой журнал и запоминая их. Цифры горели в его мозгу; он подумал, что ничего еще не запоминал так хорошо. Господи, он сделал это! Он довел эту нелепую машину до шведских вод и сбросил этот чертов буй аккурат в точку!

— Прямо по носу приближается корабль. Скорость приблизительно десять узлов. — Голос Соколовой завибрировал. — Господи, я думаю, они возвращаются!

Первой мыслью Гельдера было уйти от буя. Он схватился за ручку управления, проверил плавучесть, и когда подлодка поднялась на три или четыре метра, двинул рукоять вперед. Освобожденная от груза «Тип Четыре» быстро двинулась вперед, от буя, в открытые воды Лилла Вартан.

— Что вы делаете? — чуть не закричала Соколова. — Вы же направляетесь к Стокгольму!

— Я знаю это, Соколова, — процедил Гельдер сквозь зубы. — Я не собираюсь возвращаться в тот пролив, пока мы не освободимся от них. Мы не можем себе позволить быть пойманными в прибрежных водах. А теперь заткнитесь и расслабьтесь. Ваша работа закончена; как доставить нас обратно в целости — моя забота.

— Вы с ума сошли! — завопила она еще громче. — Мы же разместили буй, так давайте уходить отсюда и возвращаться на базовую субмарину!

Гельдер попытался сконцентрироваться на управлении подлодкой по возможности спокойнее.

— Черт побери, Соколова, заткнитесь! Это приказ! Наденьте наушники и докладывайте мне!

На минуту наступила тишина, затем Соколова заговорила снова:

— А теперь они заходят сзади! Прошли над нами и теперь идут назад!

О Иисусе, подумал Гельдер, они держат нас в вилке.

— Мы должны повернуть назад к базовой подлодке! — закричала Соколова.

Мы должны уйти как можно дальше от буя и в открытые воды, подумал Гельдер.

— Ни слова, кроме докладов, — приказал он и резко переложился на правый борт.

— Что вы...

Невероятно громкий взрыв заглушил крик Соколовой, и мини-подлодку бросило в сторону.

— Это была глубинная бомба. Пристегните ремень и держитесь!

— Дурак! — завопила Соколова, полностью теряя контроль над собой. — Ты убьешь нас!

— Заткнись! — крикнул Гельдер и собирался повторить еще раз, как тут из-за его сиденья появилась рука и крепко сдавила ему горло.

Крики Соколовой стали невнятными, а придушенный Гельдер не мог говорить. Он отпустил рукоятки управления и двумя руками схватил эту руку; лодка нырнула и под небольшим углом ударилась о дно. Он ухватился за рукоять одной рукой, пытаясь справиться с управлением, а другой рукой не давая Соколовой душить себя.