Храбро дрались дивизии 54-й армии, которые занимали оборону по обрезу правого берега реки Волхов за пределами кольца и пытались деблокировать города с востока. Армией командовал маршал В. Г. Кулик. В какой-то момент Жуков почувствовал, что командарм сосредоточен на безопасности собственных позиций, отодвигая на второй план задачи защиты Ленинграда. В ночь на 15 сентября Жуков связался с Куликом и приказал ему начать наступление. Однако, занятый отражением локальной немецкой атаки на своем правом фланге, Кулик ответил, что в назначенные комфронта сроки перейти в наступление не может: «не все части вышли на исходное положение», «не подтянута артиллерия» и т. п….

Разговаривали на повышенных тонах. Жуков пытался сдерживаться — все-таки на другом конце провода был Маршал Советского Союза. Он говорил: «Противник не в наступление переходил, а вел ночную силовую разведку! Каждую разведку или мелкие действия врага некоторые, к сожалению, принимают за наступление… Ясно, что вы прежде всего заботитесь о благополучии 54-й армии и, видимо, вас недостаточно беспокоит создавшаяся обстановка под Ленинградом. Вы должны понять, что мне приходится прямо с заводов бросать людей навстречу атакующему противнику, не ожидая отработки взаимодействия на местности. Понял, что рассчитывать на активный маневр с вашей стороны не могу. Буду решать задачу сам. Должен заметить, что меня поражает отсутствие взаимодействия между вашей группировкой и фронтом. По-моему, на вашем месте Суворов поступил бы иначе. Извините за прямоту, но мне не до дипломатии. Желаю всего наилучшего!»

Вскоре маршал Кулик был заменен генералом Хозиным, но 54-я продолжала пятиться. Придет время, и эту армию возглавит Федюнинский.

Кадровые перестановки в войсках — дело обычное. Тем не менее нельзя не заметить: порой на армию назначали генерала, и он всю войну добросовестно тащил эту лямку, вел армию через сорок второй, сорок третий годы, к государственной границе, а потом ставил точку где-нибудь в Праге, в Восточной Пруссии или в самом Берлине. Такими, к примеру, были командующий 61-й армией генерал П. А. Белов и командующий 8-й гвардейской армией генерал В. И. Чуйков. Других перебрасывали с армии на армию, с направления на направление. Федюнинскому выпала роль последних. Причины таких частых назначений разные. Некоторые откровенно не справлялись с управлением, масштаб армии был для них слишком велик, и они, как правило, откочевывали на должности командиров корпусов, заместителей командующих армиями, и там, на новых должностях, прекрасно справлялись со своими обязанностями. Других как надежных пожарных бросали на особо важные направления, на прорыв, или, наоборот, чтобы организовали прочную оборону. У каждого полководца был свой стиль, свои сильные и, разумеется, слабые стороны.

Генерал Федюнинский, обладая гибким умом великолепного тактика, еще на КВЖД и в боях на Халхин-Голе продемонстрировал умение молниеносно и опасно атаковать противника. Здесь же, под Ленинградом, он показал свои способности в обороне.

* * *

Тем временем на юге танковые авангарды 1-й и 2-й танковых групп фон Клейста и Гудериана сомкнулись в районе Лохвицы и завершили окружение основных войск Юго-Западного фронта.