Переводчик, расхаживая по землянке, словно невзначай подошел к ней и начал внимательно разглядывать. На карте не было никаких карандашных пометок, но я все же сказал, не поворачивая головы:

— Господин Паркер, я всегда стараюсь следовать примеру великих русских полководцев. Когда Суворова во время итальянской кампании высокопоставленные представители австрийского правительства спросили, каковы его планы ведения войны, он ответил: “Если бы моя шляпа знала мои планы, я бы ее сжег”.

Английский полковник так взглянул на Паркера, что тот сразу съежился и отошел в угол землянки, подальше от карты».

* * *

На какое-то время война будто ушла из Подмосковья. Бои шли юго-западнее, на брянском направлении, в большой излучине Дона и на Северном Кавказе. Германской армии катастрофически не хватало ресурсов, и Гитлер толкал свои армии и корпуса на юг, к бакинской и грозненской нефти, к Волге.

В августе начались перегруппировки и в полосе центра и правого фланга Западного фронта. 5-й армии было приказано принять полосу обороны соседа справа — 20-й армии генерала М. А. Рейтера. Рейтер свои дивизии отводил правее. Войска 5-й и соседних армий садились в окопы плотнее обычного, в несколько эшелонов. Солдаты и командиры сразу поняли — скоро бои.

Ржевско-Сычевская операция Западного и Калининского фронтов началась в первых числах августа. Вначале атаковали войска Калининского фронта. Через несколько суток, переждав ливневые дожди, которые мешали танковому маневру, вперед двинул свои армии Жуков.

Замысел операции заключался в следующем: ударами левого крыла Калининского фронта на ржевском направлении и правого крыла Западного фронта на сычевском направлении разгромить 9-ю полевую армию противника, ликвидировать ржевский выступ. При этом — овладеть городами Ржев, Сычевка, Зубцов, Вязьма. Главная роль отводилась ударной группировке Западного фронта. 5-я и 33-я армии должны были наступать южнее главного удара направлением на Вязьму и Сычевку. Комфронта Жуков, маскируя направление главного удара, приказал левому крылу изображать активность мощной группировки. Несколько маскировочных и саперных рот изготовили 833 макета танков, автомобилей, орудий, автоцистерн и даже походных кухонь. Эти «колонны» демонстрировали немецким летчикам то на одной дороге, то на другой. И, похоже, сработало: в немецких сводках и донесениях появились сообщения о сосредоточении крупных сил противника на брянском направлении. Немецкая авиация начала методично обрабатывать ложные районы.

Главный же удар Жуков решил нанести в районе Погорелого Городища.

Жукову удалось перехитрить командующего группой армий «Центр» фельдмаршала фон Клюге и его разведку. Удар на Погорелое Городище оказался для немцев неожиданным. Однако группировка противника, занимавшая ржевский выступ, имела хорошо выстроенную оборону по всему периметру. В тыловых районах своего часа ждали оперативные резервы: 6-я пехотная дивизия — в районе Сычевки, 5-я танковая — в районе Вязьмы, 1-я танковая — в Ржеве, 2-я танковая — в Смоленске, 253-я пехотная — в районе Дорогобужа. Все они сидели на магистралях, имели достаточное количество транспорта и подвижного состава, чтобы в самое короткое время произвести марш-маневр на любой участок фронта. Это была мощная мобильная группировка, вполне способная парировать самый сильный удар, на который в то время способен был Западный фронт.

Наступление совпало с проливными дождями. Генерал Н. М. Хлебников, тогда командовавший артиллерией Калининского фронта, вспоминал: «Кто наступал тогда, в низинах и болотах под Ржевом, вряд ли забудет эти дни. Вода льет потоками сверху, вода пробивается снизу, моментально заполняя свежевырытые окопы.