– Но ты же не можешь оставаться тут одна, – протестовал против ее решения Пайк.

– Почему же нет? Я не единственная женщина в Канзасе, которая живет одна. Кроме того, не могу же я управлять фермой из города?

– Ты можешь нанять нас в работники, – предложил Пайк.

– Я не могу нанять вас, но надо посмотреть, хватит ли у меня денег, чтобы платить вам.

– Мистер Рэндолф уже заплатил нам за месяц вперед.

Ферн почувствовала, как краска смущения залила ее лицо.

– Тогда я заплачу мистеру Рэндолфу.

Она не хотела ничем быть ему обязанной. Возможно, она отдаст ему этих бычков, о которых он так беспокоится.

– А теперь вам пора.

– Я не поеду, пока ты здесь, – сказал Пайк.

– Я тоже останусь, – сказал Рид.

До приезда в Абилин Мэдисона такого бы не произошло. К этому времени Пайк с Ридом уже давно торчали бы в салуне и не думали о том, где находится Ферн. Чудеса произошли просто благодаря тому, что она сняла жилет и распустила волосы по плечам.

– По коням, – крикнула Ферн. – И тот, кто последний выедет со двора, будет чистить колодец.

Пайк обогнал Рида, но Ферн обогнала их обоих и первая достигла дороги. Она весело помахала мужчинам, мчась в сторону города, но вскоре улыбка исчезла с ее лица.

Она беспокоилась. Что-то, наверное, случилось с Мэдисоном.

Еще две недели назад она бы подумала, что он просто играет в любовь, смешав роль прекрасного принца с ролью доброй феи. Но с тех пор она начала лучше понимать его. Он, действительно, заботился о ней, она ему была небезразлична. Несмотря на свою рану, он почти не отходил от Ферн, после того как она потеряла отца. Даже Роза была с ней меньше, чем он.

Кроме того, если бы Мэдисон не захотел бы что-то делать, он ей просто сказал бы об этом. Нет, он намеревался приехать за ней на ферму. Что-то помешало ему сделать это.

Она не думала, что произошло нечто ужасное – в таком случае Роза послала бы кого-нибудь на ферму, чтобы сообщить Ферн, но тревога не проходила.

Мэдисон был человеком решительным. Ничего не могло остановить его от выполнения задуманного. Она уже достаточно в этом убедилась.

Но что могло случиться? Это беспокоило ее до такой степени, что она почти забыла о более важном вопросе: как она скажет ему, что не может выйти за него замуж?

Она хотела знать, сможет ли она произнести эти слова. Она больше жизни хотела выйти за Мэдисона. Она пошла бы на то, чтобы не спать с ним в одной кровати, жить в разных комнатах, обходиться без поцелуев, только бы не потерять его, быть рядом с ним.

Но она не могла бы так обращаться с ним. Им нужно было все или ничего.

Что ж, она бы примирилась и с потерей. Всю жизнь у нее ничего не было. Она привыкла к этому. Но после того, как она в течение месяца была в центре внимания Мэдисона, веря, что она ему небезразлична, горечь потери была бы невыносима. И только потому, что она так сильно его любит, она может думать о том, что когда-то расстанется с ним.

– Я не видела Мэдисона, – сказала ей Роза.

Ферн старалась казаться спокойной, осведомляясь, где мог быть Мэдисон, но понимала, что Роза видит ее волнение. Ее выдавали голос и тревожное выражение лица.

– Я думала, что он весь день пробудет с тобой, – говорила Роза.

– Я отослала его в город. На ферме ему делать нечего. Но он сказал, что приедет за мной в полдень.

– Он не пришел к обеду, – сказала миссис Эббот, – а человек, который не хочет обедать, уж точно чем-то озабочен всерьез.