Она подумала: каково его мнение о том, как она выглядит. И натянула шляпу глубже на голову. Она месяцами не глядела на себя в зеркало, но знала прекрасно, что вся почернела от постоянного пребывания на солнце и ветре.

Может быть, он ее и за женщину не считает?

Ей, в конце концов, надоело безделье. Она не привыкла стоять вот так без всякой работы. Тем более, когда на нее никто не обращает внимания. Она не привыкла быть в подавленном расположении духа. Она не привыкла чувствовать собственную неполноценность. Она не привыкла думать о том, какого мнения может быть кто-то о ней и как она выглядит.

– Мне надо ехать, – сказала она, – ты просто попусту теряешь время.

Он повернулся к ней, сфокусировал на ней свой взгляд.

– Ты не любишь правду из принципа или потому, что она противоречит твоим предрассудкам?

– Что ты имеешь в виду? – спросила она, ужаленная его обвинением.

– Ты хочешь одного – чтобы моего брата повесили. Тебя не интересует ни то, что случилось той ночью, ни то, почему Трои оказался здесь. А ведь все могло быть не так, как думают все.

– Нет, интересует, – протестовала она, понимая, что ее протест бесполезен. Он будет верить только в то, во что хочет. – А почему ты сам так уверен, что твой брат не убивал Троя? Ведь ты не можешь сказать, что он никогда никого не убивал.

– Хэн не начал бы драки, если бы он хотел застрелить твоего брата.

– Но он же угрожал убить его.

– Я знаю. Но тебе всякий скажет, что Хэн никогда не застрелил никого, кто не крал наших коров и не причинял вреда кому-то в нашей, семье.

Ферн уже открыла рот, чтобы опровергнуть Мэдисона, но тут же поняла, что адвокат был, в сущности, прав.

– У тебя нет никаких доказательств, что он невиновен, – сказала она. Мэдисон был непоколебим.

– Я знаю, что Хэн не убивал твоего двоюродного брата. Поэтому я задаю тебе вопрос: кто хотел убить Троя и сделать так, чтобы Хэна повесили за это? Устроить все это было очень легко. Джордж говорит, что все знают, когда Банч проезжает это место по дороге домой. Кто-то был заинтересован, чтобы он услыхал выстрел и увидел лошадь, похожую на жеребца Хэна.

– Ты все выдумываешь, – сказала Ферн, начиная испытывать какое-то внутреннее беспокойство. Мысль о том, что Хэн может избежать наказания за хладнокровное убийство, сводила ее с ума.

– В этом домишке так темно, что с одного выстрела трудно попасть человеку прямо в сердце. В такой темноте можно разрядить два пистолета и без всякого толка. И самое главное – тело было уже холодное, окоченевшее. Как утверждает Дейв Банч, он сразу отправился в город, чтобы сообщить шерифу о том, что Трои мертв. Это значит, что они прибыли сюда примерно через час. Если бы Трои был убит выстрелом, который слышал Дейв, тело было бы еще теплым. А это значит, что Троя убили раньше, возможно, где-то еще, а потом привезли сюда. А выстрел, о котором говорит Банч, был сделан в воздух.

– Это возмутительно, – протестовала Ферн, – ты все исказил, поставил с ног на голову, чтобы подогнать под свою схему.

– Нет, я просто исследую факты. Ты же и все остальные приняли, как данность, версию о том, что мой брат убил Троя. После чего его засадили в тюрьму. Почему никто не провел тщательного расследования до того, как в этой местности побывало полгорода.