– Ее надо раздеть, – сказала Роза, – возможно, у нее сломаны ребра.

Вид Ферн, лежащей в бессознательном состоянии на кровати, сразу заставил миссис Эббот смягчиться.

– Бедняжка. Дайте-ка я помогу, – ворковала она, выпроваживая Мэдисона и Эда из комнаты. – Мы сейчас быстро управимся.

Мэдисон почувствовал, что у него гора упала с плеч, когда оказался в другой комнате. Он повернулся к Эду, который очень расстроился из-за того, что все вышло не так, как он хотел.

– В следующий раз будешь открывать мне калитку, – сказал Мэдисон строго. – И никогда не кричи попусту и не суетись. Что ж за мужчина из тебя вырастет, если ты будешь так орать по всяким пустякам? Бери пример с малыша, который играл с тобой на крыльце.

Когда Мэдисон вышел на крыльцо, мальчуган все еще играл там со своей деревянной тележкой.

– Вот видишь, – показал на него Мэдисон, обращаясь к Эду, – он не прыгает и не вопит, словно ковбой, загоняющий коров.

– Он никогда не кричит, – сказал Эд.

– Замечательный ребенок, – заметил Мэдисон. – Когда-нибудь он станет известным промышленником, как его отец.

– Его отец никакой не известный промышленник, – сказал Эд, – его отец мистер Рэндолф.

Мэдисон уставился на малыша. Этот черноглазый, черноволосый, такой спокойный мальчик, был его племянником.

Он не понимал, почему это до него сразу не дошло. Ребенок был копия их младшего брата Зака каким его запомнил Мэдисон на той еще довоенной фотографии.

Странно было видеть этого сынишку Джорджа. Сам Джордж, всегда такой уверенный в себе, надежный, готовый к борьбе. А этот малыш был как бы его мирной, никому не угрожающей частичкой. Мэдисон присел на колени возле мальчика.

– Привет.

Мэдисон не понимал, почему он вдруг уселся чуть ли не на пол возле этого мальчика, который вовсе не испугался. Казалось, ему абсолютно безразлично присутствие взрослого дяди. Потом он спокойно взглянул на Мэдисона.

– Ты не мой папа, – сказал он, наконец. Теперь Мэдисон понял, почему малыш так пристально на него посмотрел. Ни один из его остальных дядей не был так похож на отца, как Мэдисон.

– Правильно. Я брат твоего папы.

Мальчик протянул ему свою деревянную тележку.

– Хочешь поиграть с ней?

– Нет, играй сам, – сказал Мэдисон, улыбаясь мысли о том, что подумали бы его друзья, увидев его сидящим на крыльце и играющим с деревянной тележкой. Он хотел встать, но присел снова. Мальчик интересовал его.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Уильям Генри Рэндолф, – отвечал малыш, четко и ясно произнося слова.

От удивления Мэдисон сел прямо на пол. Джордж назвал сына в честь их отца.

Ферн смотрела, как миссис Эббот убирает комнату и поправляет постель.

– Вы уверены, что можете сидеть? – спросила миссис Эббот. Просто чудо, что у вас все кости целы.

– Я отлично себя чувствую, – сказала Ферн, делая отчаянное усилие, чтобы не выдать голосом страшную боль, которую она испытывает.

– Вам все-таки надо еще полежать.

– Мне лучше, когда я сижу, – каждое слово отдавалось резкой болью в груди. Но стоило ей только прилечь, и у нее возникало такое чувство, будто она тонет. – Где миссис Рэндолф?

– Она со своим малышом. Я сделаю все, что вам нужно.

Ферн чувствовала себя не совсем в своей тарелке в присутствии миссис Эббот. Абилинские женщины не одобряли поведение Ферн.