Поэтому на завод они явились как добрые союзники, готовые в любой момент поддержать друг друга. Рафаль вел себя скромно и обращался к старшему легионеру с должным смирением, словно номера в иерархии не играли никакой роли.

– Печать на дверях сохранилась, – указал Рафаль. – Ее поставили в день эвакуации. Похоже, с тех пор здесь никого не было.

– Печать очень легко подделать. Пока что все происходящее напоминает попытку навредить именно заводу, больше в колонии нет ничего по-настоящему ценного.

– Вы правы, господин Планта, – номер 1 чуть наклонил голову. – Что вы предлагаете делать?

– Осмотреть завод и проверить, был ли здесь кто-то.

– Я подумал о том же. Завод очень большой, нам стоит разделиться.

И снова Гидденису захотелось со всем покончить. Здесь же идеальные условия для этого! Избить мальчишку, столкнуть в мясорубку, готовившую консервы для космического флота, расфасовать эту улыбчивую мордашку по нескольким тюбикам…

Как только картинка в воображении Гиддениса стала слишком уж реальной, он поспешил согласиться:

– Да, нам лучше некоторое время не видеть друг друга.

– Какая странная формулировка, – чуть заметно прищурился Рафаль, изучая своего спутника.

– Я имел в виду, нам нужно отойти максимально далеко друг от друга, чтобы поскорее осмотреть завод!

– Конечно. Я так и подумал. Если я понадоблюсь, зовите, господин Планта.

Гидденис лишь нервно кивнул. Он и сам не мог толком сказать, что с ним творится. Он даже рядом с Дианой никогда так не нервничал, как рядом с этим малолеткой!

Пожалуй, дает о себе знать долгое влияние боли. Гидденису нужно было срочно перезагрузиться, вернуть себе спокойствие и самоконтроль, сделавшие его когда-то вторым номером.

Пока с этим было туго. Он бродил по пустым залам, не глядя по сторонам. Гидденис подозревал, что он сейчас прошел бы мимо трупа или монстра, не удостоив их и взглядом. Он даже двигался лишь потому, что ему нужно было что-то делать.

Перед глазами снова стояло лицо Дианы, ненавидящее, окровавленное… Ради чего все это? Ради возвышения пацана из пробирки?

Гидденис не удержался, ударил первую попавшуюся трубу. Укрепленный металл под его рукой прогнулся и лопнул, кулак ушел в темную дыру. Острые края разрезали кожу, однако рана мгновенно затянулась. Грохот разлетелся по залу, эхом покатился по стенам, и Гидденис лишь надеялся, что мальчишка уже слишком далеко, чтобы это услышать.

– Полегчало?

Номер 2 был уверен, что он здесь один, и голос, тихий и вкрадчивый, застал его врасплох. Гидденис и сам был поражен тем, что ему удалось не вздрогнуть, неприятное удивление так и осталось спрятанным внутри. Он повернулся к говорившему так, будто не было в мире ничего естественней появления здесь номера 3.

– Что тебе нужно, Стефан?

Стефан Северин выскользнул из теней беззвучным призраком. Только он смог бы подкрасться вот так к Гидденису. Этот тип умел скрывать свое присутствие телепатически, и номеру 2 даже сейчас казалось, что он в зале один.

– Пришел проверить, как дела, – пожал плечами Стефан. – Что-то юный Рафаль слишком бодр для покойника.

– С чего бы ему становиться покойником?

– Когда-то же надо. Вот пусть и начнет сейчас, раз он во всем ранний.

– Я не собираюсь его убивать, – поморщился Гидденис.

– Тебе больше не доставляет удовольствия убийство первых номеров? – показательно удивился номер 3.