Однако при первом шаге он потерял равновесие и рухнул на землю.

Вольная Пуля бросился было к нему.

— Оставьте меня, — крикнул ему молодой человек, — оставьте меня, я хочу подняться сам!

Это ему удалось; на этот раз он собрался с силами и сделал несколько шагов самостоятельно.

Вольная Пуля с удовольствием глядел на него.

— Дайте мне пить.

Вольная Пуля во второй раз подал ему свою фляжку. Дон Мигель с жадностью поднес ее ко рту.

— Теперь на коней! — сказал он охотнику, возвращая ему фляжку.

— Как на коней? — с изумлением переспросил Вольная Пуля.

— Да, я хочу ехать.

— Но это уж чистое безумие!

— Не мешайте мне! Говорю вам, что усижу на коне, только, поскольку раненая левая рука не позволяет мне сесть в седло самостоятельно, то я попрошу вас помочь мне.

— Ну, если уж вы этого требуете — хорошо, и слава Богу!

— Бог нам поможет, будьте в этом уверены.

Вольная Пуля помог молодому человеку сесть в седло; против его ожиданий больной держался на коне прямо и твердо.

— Теперь возьмите шкуру с вашего ягуара и поедем в лагерь. Верный Прицел удивится, увидев меня на коне, когда оставил полумертвым.

Вольная Пуля молча поехал за молодым человеком.

Вдруг поблизости они услышали громкий конский топот.

— Вот и Верный Прицел, — заметил дон Мигель.

— Вероятно, это он.

— Ускорим немного ход наших коней. Вольная Пуля поглядел на него.

— Вы решительно хотите заработать себе воспаление в мозгу? — сказал он выразительно.

— То есть? — удивленно спросил молодой человек.

— Это же легко предвидеть, — ответил угрюмо охотник. — Уже целый час вы творите глупость за глупостью; но не обманывайтесь, кабальеро, вы горячку принимаете за силу, она-то и поддерживает вас. Остерегайтесь, не вступайте в невозможную борьбу, из которой вам не выйти победителем. Я позволил вам действовать по вашему усмотрению, потому что до сих пор в этом не было вреда, но, поверьте, теперь довольно, вы исчерпали ваши силы. Теперь нам следует остановиться и подождать.

— Благодарю, — отозвался дон Мигель, дружески сжимая руку охотника, — вы — мой настоящий друг, это доказывают ваши прямые речи. Да, я безумец, но что же делать? Я нахожусь в странном положении, где каждый потерянный час может навлечь на меня и на других лиц серьезную беду; я боюсь умереть раньше, чем выполню дело, несчастьем возложенное на меня.

— Вы умрете скорее, если не будете благоразумны. Четыре-пять дней скоро пройдут, а после ваши друзья докончат то, чего вам не сделать.

— Это правда, благодарю вас.

— Однако шум приближается; может быть, это друзья, но быть может, и враги, в прериях следует быть готовым ко всему! Войдем в эту чащу; если это едет Верный Прицел -мы выйдем к нему, если же враги — мы пропустим их.

Они спрятались в густом кустарнике, совершенно скрывшем их, и ждали с пистолетами в руках приближения едущих.

Вольная Пуля не обманулся: это был действительно Верный Прицел, возвращавшийся с пятнадцатью мексиканцами. Когда они были в нескольких шагах от спрятавшихся, те выехали к ним. Верный Прицел не верил глазам своим и не мог понять, каким образом раненый и почти полумертвый мог не только сидеть на коне так прямо и твердо, но еще и выехать к нему навстречу.

Дон Мигель с торжествующей улыбкой поглядел на него, потом, наклонясь к нему, тихо сказал:

— В любом случае вы хорошо сделали, что приехали с помощью для меня — она мне очень нужна, только сила воли поддерживает меня на коне.