— Облегчи себе жизнь, Скэнлон, — с трудом дыша, сказала Рейчел, парализованная его взглядом, в котором было только одно — желание обладать ею.

— Ты скучала по мне? — почти грубо спросил Кайл. Хриплый, прерывающийся голос выдавал его неуверенность, такую притягательную ранимость и искренность.

— Ни капельки, — солгала Рейчел.

Она думала о нем непрерывно, и его самоуверенная улыбка свидетельствовала о том, что ему это известно.

— Именно поэтому ты здесь, не так ли?

Рейчел положила ладонь ему на грудь, наслаждаясь твердостью мужского тела, подняла голову, рассматривая бегущие от уголков глаз лучики, неровный изгиб губ.

— Я просто привезла твою собаку, Скэнлон-Смит, только и всего. И мне нужны ответы.

— И это все, дорогая? — Его низкий, тягучий голос, его взгляд, скользящий по ее телу, говорили ей, что он был готов удовлетворить ее сексуальные потребности.

Рейчел расслабилась, наслаждаясь непослушной жесткостью его волос и отдаваясь эротической волне, захлестнувшей их обоих.

— Ну вот опять! Ты это говоришь тогда, когда не хочешь…

Кайл изогнул бровь:

— Дать тебе то, что ты хочешь?

Кайл снова выставил защиту, не подпуская ее слишком близко, закрылся непристойным замечанием, ушел от доверительной близости. Рейчел, чувствуя навалившуюся усталость, не хотела больше продолжать игру.

— Все, отстань! Выходи из машины! Мы оба теряем время.

Лицо Кайла сделалось жестким.

— У тебя другие планы, так?

Рейчел накинула на голову шарф и дрожащими руками завязала его сзади.

— Вылезай!

Кайл мрачно кивнул и вылез из машины, негромко хлопнув дверцей. Рейчел переместилась на водительское место, завела машину и развернулась, оставив его стоять посреди грунтовой дороги. И он стоял, широко расставив ноги, сложив на груди руки, сверкая глазами, и ни о чем не просил.

Именно поэтому Рейчел не могла его оставить: Кайл ничего не ждал от жизни, никакой доброты, только удары, обиды, оскорбления. Наедине с ней его детские шрамы обнажались, и он не знал, как вести себя в минуты откровенной душевной близости, поэтому защищал себя вульгарностью, все сводил на уровень ниже пояса…

Рейчел медленно сдала назад, остановилась, вылезла из машины и подошла к нему. Она глубоко вздохнула, отделяя образ ранимого мальчика от взрослого мужчины, пристально смотревшего на нее.

— Ты поцелуешь меня или так и будешь стоять?

Его равнодушный ответ подействовал на нее раздражающе.

— Ну ладно, поцелую, если ты этого так хочешь. Ты думаешь, этим все и закончится?

— Может быть, и нет.

— У тебя все тот же розовый педикюр?

— Хм… — Чувственный жар окутал их, как только Кайл коснулся ее губ. — Ну что, поехали за гамбургерами.

Через сорок пять минут Кайл припарковал «кадиллак» у «Мотельчика Марджи», простого желто-коричневого ряда комнат с облезлыми темно-бордовыми дверями. В лучах послеполуденного солнца у дверей комнат застыли несколько обшарпанных фермерских пикапов и старые автомобили. Пока Рейчел впитывала окружающую обстановку, разглядывая дешевый мотель, расположенный в какой-то дыре, которую с трудом можно было назвать городом, крупный, грубый небритый механик обошел «кадиллак», в одной руке он держал пакет с гамбургерами, в другой — пакетик из аптеки с дорожным набором и большую упаковку презервативов. Кайл открыл дверцу и улыбнулся Рейчел:

— Что случилось? Первый раз в таком месте?

Казалось, коктейли, которые Рейчел держала в руках, таяли прямо на глазах от возрастающего сексуального жара.