Неужели Мэлори попалась в сети этого человека, который так пренебрежительно относится к женщинам?

— Мне так трудно, я даже не знаю, с чего начать, — сказала Рейчел, разыгрывая несчастную, которая нуждается в сильном плече и мудром напутствии. Ей еще никогда не доводилось играть роль беспомощной женщины — хотя в тот вечер, когда на нее напали, она действительно была раздавлена и беспомощна, — но она надеялась, что Шейн проглотит наживку.

И он, очевидно, проглотил, потому что его пухлые губы расплылись в мягкой улыбке и он дружески похлопал ее по плечу:

— Я сейчас вернусь, и мы поговорим.

Рейчел ждала, она захватила с собой большую сумку, ее содержимое поможет получить от Шейна нужные ей ответы. Было достаточно времени, чтобы зайти в его кабинет, экран компьютера светился, она кое-что успела посмотреть там, успела заглянуть в лежавшую на столе тетрадь.

Шейн снял с чайника стеганый чехол, на подносе стоял изысканный фарфоровый сервиз с позолотой и растительным орнаментом.

— Какой красивый сервиз, — сказала Рейчел, опускаясь на низкий диван.

Шейн сел напротив нее на стул. Его движения, когда он разливал чай, были по-женски изящными. Пальцы Шейна были длинными, а руки белыми и гладкими. Непроизвольно Рейчел подумала о руках Кайла — больших, твердых от мозолей, с редкими волосками. При мысли о Кайле ее тело напряглось, и по нему пробежала легкая дрожь. Длинная дорога назад в Нептун-Лендинг была заполнена чувственными воспоминаниями и размышлениями обо всем том новом, что она узнала о Мэлори и о ее дочери, Катрине.

Рейчел торопилась вернуться в город раньше Кайла и, воспользовавшись своим, а не его методом, прижать Шейна к стенке, заставить шантажиста выдать себя. Она закинула ногу на ногу, и короткая юбка поднялась еще выше. Шейн напрягся, ему было трудно оторвать жадный взгляд от ее коленей и бедер.

Несомненно, женщины Шейна интересовали, но было что-то необычное в этом интересе. Рейчел внимательно изучала его лицо, пытаясь найти сходство с Катриной. Волосы похожи — каштановые, прямые, тонкие. Что-то общее есть в пухлых губах…

Они пили чай и непринужденно беседовали о Джаде, о том, как идет торговля мороженым, о том, как много ей приходится заниматься уборкой, и все для того, чтобы покрыть долги, которые ее бывший муж наделал, пользуясь общей кредитной картой. После этого поговорили о погоде. Рейчел с надеждой ждала, и наконец они заговорили на нужную ей тему. Шейн сел с ней рядом и взял ее за руку.

— Рейчел, дорогая, расскажи мне, что случилось. Могу ли я тебе чем-нибудь помочь? Почему ты решила вернуться ко мне?

Вернуться ко мне? Рейчел попыталась выбросить эту фразу из головы, но у нее не получалось. Она неожиданно почувствовала слабость и усталость — сказались события двух последних дней: длительная поездка туда, затем обратно, сексуальный марафон с Кайлом и взволновавшие ее новости о девочке по имени Катрина. Рейчел, настроенная как можно быстрее перейти к главному, сказала:

— Я подумала, поскольку ты много знаешь о моей сестре, нам следует познакомиться поближе.

Тонкие черты лица Шейна застыли в напряжении, он придвинулся вплотную.

— Это очень хорошо.

— Скажи, а почему ты так надолго задержался в Нептун-Лендинге? Обычно священники довольно часто переезжают из одного прихода в другой, разве не так? А ты здесь уже лет… десять?

Ты ли отец Катрины?

— Мне очень нравится в Нептун-Лендинге, я чувствую себя здесь как дома, и совет согласился с моим решением поселиться здесь постоянно. Если бы они приняли иное решение, я бы тогда оставил церковную службу.

Шейн коснулся волос Рейчел, и ей стало не по себе. Она не могла отвести взгляд от острых зубов Шейна и чувствовала, что непреодолимое желание прилечь и уснуть отключило ее бдительность и ослабило защиту.