Рейчел обняла мать, и Трина в ответ крепко прижала ее к себе.

— Со мной все в порядке, — успокоила ее Рейчел.

— Но ты такая холодная.

Трина посмотрела на дочь светло-голубыми глазами, все еще способными вызывать восхищенные взгляды мужчин. Мягкие, каскадом подстриженные волосы ложились на плечи и делали ее лицо моложе и нежнее. Но Трина ни в коем случае не была хрупкой, когда дело касалось защиты ее детей. Она прожила нелегкую жизнь, оставшись в двадцать два года с двумя малышами на руках, без работы, без помощи бросившего ее мужа. Работая официанткой, Трина в остававшееся свободное время вела продажи по телефону, а по ночам выполняла обязанности бухгалтера. Благодаря упорному труду она смогла выбраться из грязной квартирки и поселиться в собственном маленьком доме.

Вскоре выяснилось, что она искусный мастер пула, и Трина начала играть на деньги, участвовать в турнирах; таким образом, у нее появился дополнительный доход. Местные спонсоры с удовольствием поддерживали ее, поскольку женщина, так достойно преодолевавшая трудности, была хороша для рекламы. А еще через несколько лет Трина обнаружила в себе новый талант — продавать подержанные автомобили. Она открыла свой бизнес и переехала в этот дом с видом на океан.

Трина разборчиво заводила знакомства, стараясь не травмировать девочек. Когда Рейчел исполнилось одиннадцать, появился Боб — владелец небольшого магазина скобяных товаров. Овдовевший Боб очень быстро стал для Трины надежной опорой. Он часто бывал у них в доме, сразу нашел со всеми общий язык, всегда был готов что-нибудь прибить-починить-приладить, сделал Трине предложение, но она не спешила его принимать — слишком глубокий шрам оставил в ее жизни первый брак.

Рейчел понимала смысл взглядов, которыми обменивались Трина и Боб. И хотя Боб никогда не оставался на ночь, когда девочки были в доме, у Трины и Боба были длительные, гармоничные отношения, и, без сомнения, интимные тоже.

Трина отстранилась от Рейчел и устало улыбнулась:

— Иди прими душ, потом поговорим. Мы с Бобом смотрели фотографии Мэлори. Я…

Боб прижал Трину к себе, лицо ее сделалось по-детски беззащитным, она уткнулась головой ему в грудь.

— Она устала. Вы все устали. На кухне полно еды — суп, запеканка, сэндвичи, пироги, пирожные. Кажется, весь город здесь побывал из уважения к вашей матери. Есть будете? Что вам разогреть? Суп, запеканку? — спросил Боб, снимая с Рейчел порванную куртку. Он внимательно осмотрел ее. — Обычно Джада или Мэлори приходили домой в… — Он замолчал, словно не хотел напоминать о потере близкого человека, но затем продолжил: — Обычно эти две подружки приходили с царапинами, в порванной и грязной одежде. Теперь твоя очередь? Что-то случилось?

— Все в порядке. Просто прогулялась под дождем, пыталась развеяться.

Рейчел была благодарна Бобу за деликатность, с которой он старался разрядить тягостную обстановку, царившую в доме после похорон.

— Вот видишь, не только я всегда порчу одежду. — Джада грустно улыбнулась. Казалось, в тишине эхо озвучило то, что они разом подумали: «Иногда это случалось с Мэлори…»

— Я прошла через стройплощадку у «Девяти шаров», зацепилась за ветку и упала. Прямо в холодную лужу села. В темноте не надо лезть куда попало.

— Ушиблась, наверное? Но я рада, что ты сейчас дома, хотелось бы… Хотелось бы, чтобы и Мэлори была здесь… — Но Трина вовремя сдержалась и вместо этого сказала: — Сейчас тебе нужно горячее какао и что-нибудь сытное.