Кайл тяжело вздохнул, желваки вздулись.

— Оба раза, когда Мэлори приходила ко мне, она была полумертвой, но не разрешала мне отвезти ее к врачу. Я очень хотел познакомиться с этим подонком. Он каким-то изощренным образом истязал ее, доводил до глубокого состояния отчаяния и безразличия ко всему. В течение нескольких лет я пытался выяснить, кто это, но Мэлори не выдавала его. Мы ругались, я не понимал, почему она его покрывает. Думаю, их что-то связывало, он имел над ней какую-то необъяснимую власть, и она хранила его имя в тайне. Я не мог до него добраться.

Кайл шумно втянул в себя воздух, и слова его взорвались, выбрасывая отчаяние в ночной воздух:

— Не хочу вновь чувствовать себя совершенно беспомощным.

Его злость была такой силы, что могла испугать, но Рейчел понимала Кайла и разделяла его чувства. Она положила руку на его предплечье, почувствовала напряженные мышцы, тепло и волосы. Провела рукой вниз и засунула пальцы в сцепленные кисти рук, не понимая, откуда это желание — успокоить его. С усилием она заставила себя отвести взгляд от Кайла, от их сплетенных рук — возбуждающего контраста мужского и женского.

— Ты хочешь сказать, что Мэлори два раза по месяцу жила у тебя только потому, что ты за ней ухаживал? — осторожно спросила Рейчел.

Кайл обеими ладонями провел по лицу, будто стирая ужасные сцены, стоявшие перед глазами.

— Ни одна женщина не должна так страдать. Вокруг нее все было в крови, но она не разрешала мне вызвать доктора. Я все равно попытался вызвать, но она очнулась и пригрозила, что покончит с собой, если я позвоню… В конце концов она так и сделала.

Рейчел согнула колени и натянула на них свитер, укрывая ступни.

— И меня не было с ней рядом, хотя я должна была быть.

Кайл проводил взглядом утонувшее за горизонтом солнце.

— Она так нуждалась в помощи и заботе, но ничего не говорила Трине. Она знала, что Джада не умеет хранить секреты, и она не желала, чтобы ты знала о ее плачевном состоянии. О психиатре она и слышать не хотела…

Кайл посмотрел через плечо на Рейчел:

— Ты ведь думала, это я отец ее детей, не так ли? Не я, хотя ты вряд ли мне поверишь. Но Мэлори искала у меня помощи и поддержки. Она звонила мне и просила приехать, когда доходила до крайней степени отчаяния и не могла сама о себе позаботиться. Но о виновнике своих кошмаров никогда не рассказывала, оставалась с ним один на один. Возможно, ты будешь удивлена, но наше юношеское увлечение кончилось, и мы с Мэлори оставались только друзьями… Так что случилось с тобой в Нью-Йорке?

Рейчел не была готова к такому резкому переходу, такому неожиданному вторжению в ее личную жизнь, особенно к расспросам о тех событиях, которые она желала оставить в тайне.

— Мы говорили о Мэлори.

— Давай теперь о тебе поговорим.

— Не хочу, — отрезала Рейчел и молча уставилась на темно-серые, в сумерках почти черные волны.

— Значит, произошло что-то действительно неприятное. Мэлори с удовольствием рассказывала о твоих достижениях. Она любила тебя. Но она и словом не обмолвилась о том, зачем ездила к тебе.