— Ну, тогда ты ведь приготовишь мне что-нибудь?

— Если я кого-то приглашаю, Скэнлон, значит, у меня для этого есть причины.

— О, так называемый скрытый мотив, понимаю. Хорошо, я буду иметь это в виду.

Рейчел включила тихую музыку, и Кайл приступил к мясной запеканке с сыром и зеленым салатом. Пили они хорошее красное вино «Напа Вэлли», с мягким вишневым привкусом. Вино необыкновенно сочеталось с обликом Рейчел: мягкая, сочная, крепкая, с терпкой ноткой, которая возбуждает и дает глубокое удовлетворение.

«Мужчинам нравится вести игру с такой женщиной, ждать, пока она не проявит свои желания», — заключил Кайл.

Рейчел тем временем устроилась на противоположном конце дивана. Она сидела поджав ноги, время от времени потягивала вино и смотрела на Кайла. Он понимал, что у нее в голове свой план, которому она строго следует, иначе он не оказался бы в квартире с ней наедине.

Кайл поставил пустую тарелку на кофейный столик, сверху бросил салфетку и, откинувшись вполоборота на спинку дивана, посмотрел на Рейчел. Играть с Рейчел опасно. С другой стороны, он не мог вот так просто выключить мотор, который уже настроен и гудит. Главное наслаждение — в самом процессе: либо спокойная и продолжительная поездка, либо стремительная гонка к финишу. Он возбудился уже от одной мысли о том, как он будет заниматься с ней любовью, как она будет реагировать на каждое его прикосновение. Что бы она ни задумала, он решил это ускорить.

— Отлично, пункт номер один выполнен, ты меня накормила и тем самым сделала сговорчивым. Какой у нас второй пункт? Чего ты от меня хочешь?

Он недоверчиво отнесся к ее едва заметной напряженной улыбке. Рейчел потянулась к письменному столу, открыла ящик, достала блокнот и карандаш и протянула ему.

— Вот, напиши имена всех мужчин, которые, по твоему мнению, могли посещать Мэлори.

— Если бы я их всех знал.

Он сделал вид, что не заметил ни блокнота, ни карандаша, и Рейчел бросила их на стол. Кайл действительно не знал многих из тех, кто посещал Мэлори, хотя он был абсолютно уверен насчет некоторых известных в городе бизнесменов, которые искали у Мэлори тех удовольствий, которые их жены не могли им доставить.

Вначале он пытался их остановить, включая и незнакомых визитеров, которые каким-то образом находили дорогу к ней, но только приводил этим Мэлори в ярость. «Я вынуждена их принимать! — кричала Мэлори. — Ты не понимаешь, Кайл, и ты не должен… Иди со своими благими намерениями куда-нибудь подальше». И вдруг она обняла его, вцепилась в него, как в спасательный круг: «Я люблю тебя, Кайл, но я вынуждена это делать…»

Заполучив такой список, Рейчел непременно нарвется на массу неприятностей. Ни один из этих мужчин не потерпит вмешательства в его личную жизнь.

— Рейчел, может быть, лучше оставить все как есть и дать Мэлори покой?

Она встала, взяла пустую тарелку и снова пошла на кухню. Сделала все это быстро, целенаправленно. Это была та Рейчел, которую он знал, — решительная и непреклонная.

— Я хочу, чтобы ты кое-что послушал.

Пока они слушали пленку, Рейчел стояла возле музыкального центра, прислонившись к стене и наблюдая за реакцией Кайла. Ему не нравилось, когда мучили женщин, и он даже не пытался скрыть, что звуки, которые он слышал, вызывают у него отвращение и скручивают нутро ненавистью к любому мужчине, который может вот так истязать женщину.

— Выключи, — попросил он.

Жалобный плач оборвался, и Рейчел заговорила — спокойно, с горечью в голосе:

— Пленка длинная, но, чтобы понять смысл, этого достаточно… Я должна найти эту гадину и прикончить.