|
Дом семьи Скоттов в Элтвуде стоял рядом с Гроув-парк, с другой стороны от Чизвик-хауз. Это был приятный на вид, старинный особняк, но, к сожалению, он находился далеко от реки. Все молодые члены семьи Скоттов часто посещали различные места для развлечений в Гроув-парк, где можно было искупаться и половить рыбу. Тедди с Флер были друзьями с раннего детства — считай, всю жизнь. Когда он вернулся из Оксфорда, то с удивлением обнаружил, что его подруга по детским играм превратилась в красивую молодую женщину, и с того момента все для него в жизни переменилось, став настоящей трагедией.
— Бедняга Дик! — посочувствовал он. — В его возрасте душа так ранима. — В его возрасте? Мафусаиловом? — Флер рассмеялась. — Я и не знала, что ты вернулся. — Я приехал вчера ночью. Было уже поздно, чтобы нанести тебе визит вежливости. — Ну, а что ты скажешь о Лестершире? Странный ты человек, Тедди, приезжаешь сюда, когда все наоборот уезжают туда. — Я ведь приехал не на охоту, — беззаботно возразил он. — Хорошо покаталась? — Да. Куда ты шел? — Домой. Но я не тороплюсь. — Тогда проводи меня до конюшен, хорошо? — радушно пригласила его Флер. — Погоди, сейчас я спрыгну на землю. — Позволь тебе помочь. Здесь грязно. Флер позволила Тедди снять ее с лошади, даже не предполагая, что прикосновение к ней ему было очень приятно. Но ощущение его рук на своей талии совсем ее не возбуждало — с таким же успехом ее мог обнять и Бакли. Взяв Оберона под уздцы, он предложил Флер вторую руку. Они пошли рядом по дорожке. — Я не видел тебя с того времени, когда ты вернулась из Лондона, — произнес Тедди. — Как продвигаются дела с проектом? Как там назвал его журнал «Панч»? — Хрустальный дворец. Все в Лондоне сейчас сходят с ума по стеклу. Ты и представить себе не можешь, что они намереваются делать в ближайшем будущем из стекла! Дома, железнодорожные вокзалы, залы ожидания, все что угодно. Потом перейдут к строительству стеклянных храмов и фабрик. — Я, конечно, могу оценить все преимущества этого материала, — сказал Скотт. — Он легкий, прочный, а стекло и сталь стоят недорого. Но в павильоне Всемирной выставки летом солнечный свет будет слепить глаза и нагревать здание до невыносимой температуры. — Они намерены применить суровый набивной ситец, — торопливо объяснила Флер. — А на крыше и с южной стороны будут сделаны жалюзи. Мистер Пэкстон предусмотрел все на свете — точно тебе говорю! — дренаж, вентиляцию, даже запатентованный пол без пыли! — Ты, я вижу, все знаешь, — улыбнулся Тедди. — За последние месяцы все только об этом и говорят, все уши прожужжали, — ответила Флер. — Моя тетушка, правда, ненавидит всю эту затею, но мне нравится мистер Пэкстон, и мы, так сказать, проявляем семейный интерес ко всем его начинаниям. — Значит, с противниками Всемирной выставки покончено? — Видишь ли, они нашли способ удовлетворить полковника Сибхорпа в споре по поводу старых вязов. Их не будут рубить. В центре сооружения они поставят поперечный неф с изогнутой крышей, куда и поместят их. Деревья таким образом окажутся внутри, станут частью экспозиции. — Ну и вид будет у них, когда с них упадет листва. — Но они забыли об одном, — озорно заметила Флер. — Что будет с птицами, вьющими там свои гнезда? Мне кажется, что участникам вряд ли понравится, когда над их драгоценными экспонатами будут носиться тучи воробьев. Тедди рассмеялся… — Постыдитесь, мисс Гамильтон, у вас разнузданное воображение! Могу заверить вас, что мистер Пэкстон наверняка запатентует свое устройство для распугивания птиц… — Его изготовят из стекла и стали, и оно будет приводится в движение с помощью пара. |
