В таком виде Фолкнеру удалось издать эту книгу только один раз — первым изданием. Потом обе повести печатались отдельно, а Фолкнер с обычным для него равнодушием к судьбе уже написанной и вышедшей книги не настаивал на своем первоначальном замысле. А между тем такое разделение этих двух произведений разрушило мастерски сделанный роман, смысл которого читатель обнаруживал именно при параллельном чтении чередующихся глав, при сопоставлении двух сюжетов, призванных оттенять друг друга.

Решение Фолкнера отказаться в этой новой книге от жизненного материала Йокнапатофского округа отнюдь не означало, что писатель отказался от исследования проблем, которым были посвящены его главные произведения. Его концепция "естественного человека", нашедшая свое выражение в образах Дилси в романе "Шум и ярость" и Лины Гроув в романе "Свет в августе", получила в новой книге дальнейшее развитие. Рассказывая в "Диких пальмах" историю двух любовников, решивших нарушить естественные связи с обществом, более того, естественные законы человеческого бытия, а в «Старике» — историю простого и естественного человека, не оторванного от природы, Фолкнер исследует те явления в современном мире, которые делают человеческое общество противоестественным, ставят современного человека во враждебные отношения с его собственной природой и естественными условиями существования.

Из дальнейших глав "Диких пальм" выясняется история Гарри Уильбурна, скромного молодого человека, который в своем медицинском колледже вел, по существу, монашеский образ жизни. Едва добившись цели и став врачом, он встречает Шарлотту Риттенмейер, чужую жену, мать двоих детей, и между ними возникает любовь с первого взгляда, причем активным началом в этой любви выступает Шарлотта.

Почерпнутая женщиной из дешевых книжек романтизированная любовь представляется Шарлотте идеалом. Этот идеал в ее сознании отделен от своих корней, от естественных любовных отношений людей, для Шарлотты такая очищенная от всех якобы наслоений любовь — это бог, которому надо служить и который требует самопожертвования. Ради такой любви она бросает мужа и двоих детей.

Шарлотта убеждена, что цивилизация враждебна любви. Вторя ей, Гарри заявляет, что "в сегодняшнем мире нет места для любви". Из этого убеждения естественно вытекает вывод — ради идеальной любви следует отказаться от общества, уйти от него, жить только ради любви.

Однако читателю уже вскоре становится ясно, что Шарлотта и Гарри вовсе не противостоят современной цивилизации, культуре, как им это кажется, они оказываются воплощением этой культуры, они доводят до предела один из символов, которые их культура создала для подмены действительности,

Страшно другое — их романтизированная любовь, отделенная от человеческих отношений, противоречит природе, и поэтому она может привести только к разрушению, к трагедии. Так и происходит — Шарлотта беременеет, но она не хочет ребенка, и Гарри сам делает ей аборт, который оказывается неудачным, и она умирает.

Трагический смысл истории двух искушенных современных любовников приобретал особую остроту, когда вслед за каждой главой "Диких пальм" следовала глава другой повести — "Старик".

Рядом с реалистической историей двух современных людей, живущих в цивилизованном мире, оказывалась притча, начинающаяся словами: "Были однажды…" Более того, чтобы подчеркнуть, что это, притча, Фолкнер даже не дал героям этой повести собственных имен. Впоследствии он объяснял это следующим образом: "Для меня эта история была просто фоном, и они не нуждались в именах, они нужны были только как люди, делающие нечто противоположное трагедии Гарри и Шарлотты в другой истории.