И служить ты будешь тридцать лет и три года...

- Охранять я готов, - отвечает Воин. - Только я и одну ночь не выстою против нечисти этой. Смотри, сколько я их порубил, весь меч зазубрился, а им - хоть бы что! Я его пополам, а их два становится. На землю один падает, три поднимаются. И кольчужку мне всю подрали, даром что булатная.

- Доспехи я тебе привёз. Мой тебе подарок. Сам когда-то в них воевал. Примерь, в них, глядишь, по-другому дело пойдет, - и сбросил на землю мешок, который у него к седлу приторочен был.

Открыл Воин мешок, и явились ему доспехи красоты невиданной. Стал примерять - всё как на него: и нагрудник, и налокотники, и шелом. Да всё на удивление лёгкое, на тело не давит, словно не доспехи это воинские, тяжёлые, а одежды полотняные.

Георгий подаёт ему щит червонный, плащ такой же, толстого сукна, чтоб в походе вместо одеяла был. Потом сам слез с коня, снял меч вместе с широкой перевязью, золотом шитой, и своими руками на Воина повесил.

Обнял он его и говорит:

- Служи людям, как Отчизне служил. Кладбище - это память. А память беречь надо не меньше, чем рубежи. Память это тоже рубеж. Чем дальше отступаешь, тем больше Травы Забвения вырастает.

- Спасибо тебе, святой Георгий, - поклонился Воин. - А что дальше будет, когда я тридцать три года прослужу?

- Прослужишь - узнаешь...

Сел Георгий на коня своего, махнул Воину рукой на прощание и ускакал в небо.

Смотрит Воин, а на том месте, где конь стоял, подкова лежит серебряная. Он кричит вдогонку Георгию:

- Подкову оставил!

- Знаю! - отвечает тот с неба. - Это тебе - на счастье!

Вот так и стал Воин служить на кладбище...

Фомич замолчал, глядя куда-то поверх меня. Молчание затягивалось, и я спросил, сгорая от любопытства:

- А что дальше было? Вернул Воин жену?

Фомич очнулся и ответил:

- Я тоже спросил об этом соседа, а тот говорит:

- Дальше и я не знаю. Знаю только, что отслужил этот Воин исправно, что после этого ходил куда-то через Черный Лес. А вот куда и как он ходил, про это неведомо. И тот, кто мне рассказывал, не знал. Давно это было, если и взаправду было. И ещё говорят у нас, ТАМ, что сторожка при кладбище не простая. В ней Воин жил. В ней, в сторожке этой, искать надо ответы на вопросы твои... Всё, прощай. Больше я не приду, а ты лучше спасись...

Исчез мой сосед и больше не появлялся, - закончил Фомич со вздохом.

- И что же, нашёл ты ответы?

- Нашел... Как же... Пошёл я в тот же вечер в сторожку эту, пока осмотрелся, туда-сюда, время позднее, решил заночевать, затопил печку, лёг спать... И угорел. То ли заслонку забыл в дымоходе открыть, а может, и не забыл...

- А если не забыл, кто же ее закрыл?

- Мало ли кто, - равнодушно отозвался Фомич. - Дело не в этом. Как умер я, то на другой же день явился опять в сторожку, только в новом обличии. Всё облазил и нашёл. Нашел я в тайнике доспехи, Георгием Победоносцем Воину подаренные. Точь-в-точь, как рассказывали, да ещё подкова там лежала серебряная. И плащ как новенький. Всё целехонько, молью не побито, ржавчиной не потрачено, словно только вчера положили.

Воина, кстати, как сосед рассказывал, после встречи его с Георгием Победоносцем, на следующий день молнией убило. Так-то...

Вот и со мной так же получилось. А я с тех пор, как умер, кладбище сторожу. Ночью с Чёрной Нежитью и нечистью сражаюсь, днем брошенные дома обхожу, порядок соблюдаю.