— Милорд, вы были на этой дороге прошлой ночью.

— Как вы слышали, я сказал об этом Беджеру.

— И вы не видели ничего необычного?

— Ничего.

— Хотелось бы верить этому, милорд. — Она, выпрямившись, посмотрела на него с высоты седла острым пронизывающим взглядом.

— У вас есть основания сомневаться?

— Еще нет, — после паузы ответила она.

Ветер пронесся в ветвях у них над головами, Клио продолжала смотреть на графа, отдавая дань его самообладанию, и он тоже не отрывал от нее взгляда, а затем она натянула поводья и поскакала по дороге.

Почему она не верила Уиллу? Поздно ночью в грозу он оказался на дороге примерно в то время, когда, по-видимому, был убит мужчина. Но он был так близко к дому, что хотел скорее добраться туда, а не куда-либо в другое место. У него был разорван рукав, а на щеке красовался синяк, но ни то, ни другое еще не означало, что он участвовал в стычке или был причастен к убийству.

Уилл хотел, чтобы Клио покинула Холихуд. Во всяком случае, это было очевидно, но довод, который он привел — касающийся его бабушки, — казался неубедительным. Человек, убивший другого — не важно, по какой причине, — вероятно, хотел бы, чтобы вокруг него было поменьше людей, интересующихся тем, что произошло. Но в Холихуде и близлежащей деревне проживало несколько сотен человек, так что присутствие еще одного ничего не меняло.

Продолжая скакать, Клио размышляла и в то же время внимательно присматривалась к окрестностям — лес был очень красив, и при других обстоятельствах она бы насладилась скачкой. На перекрестке Клио и Уилл повернули к Холихуду, а Беджер, оставив их, отправился в деревню.

Граф ехал рядом с Клио, и на его большом гнедом мерине поблескивали солнечные пятна. Повисшую в воздухе тишину неожиданно нарушил кролик, выскочивший из-под покрова кустов и бросившийся через дорогу.

Обе лошади были отлично вымуштрованы, чтобы не понести от этого, но лошадь Клио немного испугалась в тот момент, когда гнедой сделал несколько быстрых легких шагов, прежде чем Уилл удержал его, тихо сказав:

— Спокойно, дружок.

Мерин послушался и успокоился, но все же бросил взгляд в сторону леса. А немного погодя над верхушками деревьев показались дымовые трубы Холихуда, и вскоре копыта лошадей застучали по мощенному кирпичом двору возле конюшен. Клио быстро спрыгнула с лошади, так что Уилл не успел помочь ей, и протянула поводья груму. После шквала событий Клио хотелось выпить чашку чаю, принять горячую ванну и на несколько часов остаться в одиночестве.

Но вместо этого перед ней оказался сильный мужчина, стоявший непосредственно между ней и дорожкой, ведущей к дому, — так непосредственно, что, отвернувшись от лошади и сделав шаг, она наткнулась прямо на него, а он поддержал ее под локоть.

— Клио…

— Благодарю, что сопровождали меня, милорд. — Клио твердо решила не обращать внимания на трепет удовольствия, пробежавший по ее телу при его прикосновении. — А теперь, если позволите… — Она выразительно посмотрела на его большую смуглую руку с длинными пальцами. По-видимому, он любил перчатки не больше, чем сама Клио.

Убрав руку, Уилл отступил назад, но полностью не освободил ей дорогу.

— Сожалею, что утром расстроил вас.

Клио отметила, что он на самом деле не взял назад свое предложение об отъезде, а, казалось, просто пытался внести в него некоторые поправки, и, в свою очередь, сказала:

— Нет необходимости извиняться за то, что касается вашей бабушки.

— Она, видимо, в восторге от вас, — немного скривившись, отозвался Уилл.