Такое случалось, когда игрок либо забывался, либо делал полную ударку, и ему не хватало места, чтобы нанять Клерика. Нам еще на руку должно было сыграть невысокое звание как Самара, так и мое. Да, получалось так, что быть капитаном третьего класса с дипломатической точки зрения довольно тяжело: большая часть лидеров попросту не воспринимает тебя всерьез, а вот с военной — все в точности до наоборот. Для тактики просто превосходно, когда человек думает, что ты неопытный дурачок, совершающего глупейшие ошибки. Как, например, ненакладывание Интердикта после выхода ударки с героем из форта.

— Ну что там?

— Пока тихо, — ответил Кайри.

— Должен сейчас проснуться. На его форте Интердикт слетит через семь минут. Он не из таких, что может попросту забыть или прозевать падение защиты.

Вся наша фракция напряженно следила за картой. Да что там, даже Рина отложила все свои дела и присоединилась к конференции. Тем более что в случае успешного выполнения плана необходимо было начать вторую фазу операции, именуемую как «чистка».

— Долго примериваются. Хватку, что ли, теряют? — Спросил Катана.

— Скорее всего, хотят стаймить так, чтобы почти все ударки были выпущены практически в одно время. Это вы тренировались, поэтому примерное время знаете, а им с нуля сейчас все сделать надо.

В этом я не лукавил. Против диверсанта сработал и тот фактор, что рядом с ним находился нейтрал. Вот по нему мы предварительно и таймили, обсуждая, кто за кем пойдет. По итогу получилось, что все активировали мгновенные миники «Реактивное топливо»: только Самар платиновый, что позволяло ускорить его бот с героем в пять раз, а остальные серебряные или золотые. Всего получалось, что наши могут добраться до врага за каких-то пять с небольшим минут.

— О, нападают, — довольно сказал Самар, — только пока две ударки.

— Может система подлагивает, сейчас остальные отобразятся, — ответил я, — ты скажи время какое?

— 11 минут с копейками.

— На миниках идут, — озвучил мои мысли Леха.

— Естественно, и герой на «Реактивном топливе» пойдет. Судя по всему, на золоте.

— Четыре ударки, — чуть не закричал Кайри, — последняя с героем.

— Тайм на диверсанта, быстро!

— Пять сорок шесть! — Пилипо, активировавший палладиевое ускорение с дальнего подчиненного, пытается еще сохранять спокойствие.

— Пять тридцать восемь! — Не сдерживаясь, кричит Леорик.

— Пять тридцать шесть! — Вторит ему Рамирес.

— Пять тридцать пять! — Заверяет меня в успешности плана Кайри.

— Пять двадцать шесть! — Это уже Рина.

— Пять четырнадцать, — Зверюга.

Дальнейший пересчет я попросту прерываю.

— Хорошо, всем приготовиться выпускать ударки. Я веду. Первый Пилипо, потом Леорик, Рамирес, Кайри, Рина, Зверюга… Пилипо давай.

— Вышел, — коротко ответил островитянин.

И наступили самые долгие восемь секунд, в ходе которых и решался успех предприятия. По моим прикидкам, подполковник не должен был закрываться после первой атаки, тем более, если видел, что она без героя. С опытом, который у него имелся, диверсанту не составляло особого труда даже в полуразрушенном или отвратительно построенном форте нанять с помощью миников армию из двух-трех сотен, применить усиленную Контратаку и еще пару фишек, чтобы отбить нападение.

Другое дело в психологии, на которую я уповал. По моему ощущению, подполковник не должен был закрыться еще из-за другой мотивации.