— Долго я тут ждать тебя буду?

— Да, да, извини. Уже лечу. Андрей…

— Слушаю.

— Теперь-то что?

— Теперь самое сложное. Переговоры…

Всего в общем чате находилось десять человек. Верхушка четырех фракций «Волков», оставшихся хоть и не совсем в добром, но все-таки здравии. Соответственно девятый и десятый — я и Рёмер, как инициаторы этого разговора.

— Вы толкаете нас к предательству, — сказал Джингвей. Между прочим, офицер фракции самого Киллера, а по факту его правая рука.

— Смотря как это расценивать, — спокойно, со свойственным ему хладнокровием, отвечал Рёмер, — если для вас главное идти на поводу у молодого паренька, амбиции которого давно заменили ему здравый смысл, то да. Это предательство. Если вы хотите принимать непосредственное участие в борьбе за победу и сохранить ваши форты и кантоны, то это лишь щедрое предложение.

Я слушал это все и старался не улыбаться. «Зимородок» молодец, давил на самое больное. Возраст Киллера был очень значимым фактором, который мы сразу сделали козырем. Вроде как: посмотрите, кто вами управляет. Да и верхушка «Серых» и так была неглупа, сама видела, к чему все идет. А тут какой-никакой шанс.

Думаю, им хватает мозгов и на то, чтобы понять — ни о каком участии в победе речи идти не будет. Да, выделят им Рёмер и я отдельную фракцию в Альянсе. К «Зимородку» пойдут самые сильные, а ко мне пожиже и пониже. О суверенитете здесь речи не шло. Во главе кланов каждый поставит своего человека. Я вообще подумывал «размазать» «Волков» ровным слоем по всему «Альянсу», чтобы они не кучковались в одном месте. И этот план казался не таким уж плохим.

— Каковы условия? — Как раз затронул эту тему Эймс, лидер фракции «Сребреноликих». Как только он это сказал, послышались возмущенные возгласы, и ему пришлось оправдываться. — Я просто хочу услышать всю информацию прежде, чем принимать решение.

— Главное, что вы должны понимать. Вы приходите в наши Альянсы рядовыми бойцами. Никто не говорит, что вы не сможете дослужиться до офицеров или даже лидеров фракций.

— Ну конечно, — хмыкну Филби из «Джаггернаутов», — так нам и дадут пробиться в офицеры.

А вот тут я промолчать не мог. У меня были определенные планы на этого парня и его фракцию. Они у «Волков» считались не топ-уровня, скорее крепким середняком, однако в клане я не заметил никого в звании ниже полковника.

— В моем Альянсе лидером фракции может стать любой, даже девиант, — пошутил я, — а если серьезно, то один из моих игроков прошел путь от никому неизвестного нейтрала до кланлида. Учитывая, что слотов для фракций предостаточно и Альянс только намеревается расти, шанс есть у всех, нужно лишь проявить себя.

— Не каждый управленец в одном Альянсе, сможет должным образом проявить себя в другом, — парировал Квислинг, офицер все тех же «Сребреноликих». Эх, интересный мужик, да еще не глупый, только боюсь, мне Рёмер не отдаст такое сокровище. И уговор был такой, что он вписывается во все это с тем условием, что двадцать лучших игроков уходят к нему.

— Это все лирика. Еще интересует количество игроков, которые смогут перейти, — продолжил все тот же Эймс. Слишком уж он много вопросов задает для простого интересующегося.

— Пятьдесят, — ответил Рёмер, — двадцать лучших игроков, исходя из рейтинга, переходят к «Зимородкам», еще тридцать в «Шиншиллы».

Я хотел больше. Честно. В этом плане моя жадность не знала границ.