Бродячие кошки шныряли по нижним этажам, высматривая добычу ярко сверкавшими глазами.

Кира слышала, как они пробегали вдоль стен, поджидали грызунов, как после терпеливого сидения в засаде настигали жертву, слышала шипение хищников и писк отчаянно борющейся добычи.

Перед тем, как выйти из здания, Кира внимательно осмотрела улицу, затем начала тихонько перебегать от машины к машине, стараясь до предела сократить время пребывания вне укрытия. Дом, где горел огонь, был милях в трех к северу, в тревожной близости от огромного леса бывшего Центрального парка. Весь город наводняли дикие животные, но парк обжили наиболее крупные. Кира двигалась так быстро, как только осмеливалась, не включая фонаря и полагаясь лишь на луну. В бледном свете тени становились глубже и страшнее, а земля казалась ровнее, чем была, отчего Кира спотыкалась всякий раз, когда пыталась ускориться. Парк она обогнула с запада, высматривая животных, но на открытой местности никого не было. Не слишком хорошая новость: пока рядом паслись олени, хищникам было на кого отвлечься. Одичавшие домашние кошки вряд ли были самыми опасными охотниками в городе.

Увидев боковым зрением движущуюся тень, Кира резко развернулась. Никого. Замерла, прислушиваясь… ага… вот оно. Низкое ворчанье, еле-еле слышное. Кто-то очень большой дышал неподалеку, довольно урча и сердито ворча одновременно. Кто-то, очень искусно прячущийся.

На Киру охотились.

Перед ней расстилалась широкая площадь: бетон потрескался и вздыбился, расступаясь перед куртинами высоких трав, черневших в ночи; в центре торжественно замерла статуя. По краям стояли машины с давно спустившими шинами. Кира медленно попятилась к стене, прикрывая спину, задержав дыхание и слушая. Охотник был рядом – она отчетливо слышала низкое гудение огромных легких, но не могла понять, откуда оно доносилось.

«В городе водятся пантеры, я видела их днем: пантер и львов, а однажды, клянусь, видела тигра. Сбежавшие из зоопарка или цирка, процветающие на таком обилии оленей и лошадей, наводнивших Центральный парк. Есть даже слоны – слышала их в прошлом году. Они и ими питаются?»

«Сосредоточься, – приказала она себе. – Сейчас питаться будут тобой, если не придумаешь, как выбраться отсюда. Львы, пантеры или кто похуже».

«Пантеры! – Кира с ужасом вспомнила: – Пантеры, насколько мне известно, охотятся по ночам, но я видела их только днем. Они что, теперь активны круглосуточно, или это нечто в темноте еще опаснее, и пантеры изменили привычки, чтобы избегать его? Кто на меня охотится: ночная пантера или существо, от которого попрятались даже они?»

В голове закружились непрошеные воспоминания о буклетике «ПараДжена»: драконы и сверхумные собаки, «послушные» львы и кто знает, чего они там еще понаделали. В конце концов, они создали суперсолдат-партиалов – не могли ли они сделать и суперхищника?

Кира бросила взгляд на улицу, по которой пришла, на длинную вереницу ржавых легковушек и грузовичков, и покачала головой: чудовище могло скрываться за любой из них, поджидая, пока она пойдет мимо. А могло и прятаться на площади перед ней. Ее единственный шанс – перебраться через дорогу и укрыться в лабиринте бывшей торговой галереи, среди упавших манекенов, выцветших плакатов с роскошными телами и лицами, рядов вешалок с некогда модной одеждой. Зверь мог сидеть и там – заброшенные коридоры сгодились бы ему в качестве логова, – но там были двери с замками, и если бы удалось укрыться за дверью и запереть ее за собой, у нее бы появился шанс отсидеться.