|
Увернувшись от молодого дерева, пробившегося между половыми досками, он съежился, когда очередная партиальская пуля со свистом пролетела у него над ухом, разбив стекло в рамке, висевшей менее чем в десяти футах впереди него. Хару завернул в покосившуюся прихожую, роняя взведенную гранату сразу за углом – с расширившимися от ужаса глазами Маркус перепрыгнул через нее и развил такую скорость, на какую не думал что способен. Он вывалился из дома в тот самый миг, когда раздался взрыв. Хару рывком поставил его на ноги, рыча от натуги.
– Если они так близко, как я думаю, их стало по крайней мере одним меньше, – пропыхтел Хару на бегу. – В любом случае это хотя бы заставит преследователей замедлиться и впредь дважды думать, прежде чем соваться в дом вслед за нами.
– Сато, ты в порядке? – донесся сквозь деревья резкий женский голос, Маркус узнал Грант, сержанта их отделения. Хару побежал быстрее, чтобы поравняться с ней, и Маркус застонал в изнеможении, пытаясь не отстать.
– Просто бросил осколочную в том пустом доме, – отрапортовал Хару. – Медик и я целы.
– Гранаты – хорошая вещь, но, когда они кончатся, тебе будет их очень не хватать, – предостерегла Грант.
– Эта потрачена не напрасно, – настаивал Хару. Еще один солдат за ними согнулся и рухнул, подкошенный пулей, и Маркус невольно пригнулся, а затем снова побежал вперед. Они бежали так уже почти час, и лес превратился в кошмарное царство смерти, освободившейся от обычных законов мироздания. Пули, казалось, прилетали из ниоткуда, люди, живые в одно мгновение, погибали в следующее, и все, что оставалось уцелевшим, – лишь бежать.
– Надо передохнуть, – пропыхтел Хару. Он держался лучше Маркуса, но голос явно выдавал усталость.
Грант на бегу еле заметно качнула головой, сберегая энергию:
– Мы пробовали, забыл? Потеряли половину отделения.
– Мы не сделали хорошей засады, – возразил Хару. – Если найдем подходящее место, или если объединимся с другими солдатами, у нас появится шанс. Что нам удалось, так это оценить их силы – их не очень много. Нас больше, и мы лучше знаем местность – значит, должны и найти способ заставить ее работать.
Пролетела новая пуля, Маркус с трудом подавил панический вскрик.
– Я сердечно тронут твоим неунывающим оптимизмом.
– Тут неподалеку есть ферма, – сказала Грант, – на базе бывшего поля для гольфа. Можем устроить привал там.
Они удвоили скорость, то и дело бросая гранаты в надежде, что непредсказуемые взрывы чуть задержат преследователей и подарят им несколько драгоценных секунд. Маркус увидел указатель гольф-клуба и восхитился способностью Грант сохранять трезвую голову – сам он от страха даже не видел местности, где уж ориентироваться на ней. Голос из-за деревьев велел им остановиться, но они даже не замедлились, Грант лишь крикнула за спину:
– Нас преследуют партиалы! Удерживать позиции! Огонь!
Маркус забежал с солдатами за линию машин на краю парковки и рухнул на землю за самым большим грузовиком, какой смог найти.
Человек в рабочей одежде припал к земле рядом с ними, сжимая в руках дробовик.
– Мы слышали сообщения по радио. Это правда? – глаза фермера округлились от страха. – Это вторжение?
Грант проверила рожок автомата, снова поставила его на место и только потом ответила:
– Да, полномасштабное. Базы Сети в Квинсе взяты, наблюдательные посты на Северном побережье сообщают, что партиалы высаживаются по всему берегу до Уайлдвуда.
– Мать честная! – воскликнул фермер.
– Подходят! – закричал один из солдат, заставив Грант, Хару и всех остальных залечь за машинами и открыть бешеный огонь по стене леса. |