Спустя еще три дня никому не известный марокканский род неожиданно становится кланом и входит во фракцию Голд. Благодаря помощи неизвестных доброжелателей, согнавших все крупные стада Зараженных на предыдущую битву, в окрестностях Иштара осталось не так уж много тварей. Собачник даже Рублевых звать не стал, справившись с боем за храм только нашими силами.

Сразу после возвращения в Иштар меня очень настойчиво попросили о встрече Лейх и Джинронг. Мы встретились в кафе с забавным названием «Крабурек» — заведение славилось своими чебуреками. В частности — блюдом, начинкой для которого выступали крабы. Оттого и пошло веселое название «Крабурек».

Когда я пришел в кафе, за круглым столом уже сидели трое. Сосредоточенный Джинронг, рядом Лейх в военной форме и мужчина лет сорока без ника над головой. Не Пробуженный? Усатый дядька с характерной осанкой армейского пса смотрел мне в глаза, как равному, но сердце у него бешено стучало.

— Валидолу выпейте. А то у вас сердце сейчас остановится.

— Поучи меня еще! — мужик явно ответил на автомате и оттого сразу побледнел.

Лейх тактично кашлянул, привлекая внимание.

— Джон, знакомься, — майор тактично указывает на усатого мужика. — Это полковник Михаил Фролов, офицер генерального штаба Армии России. Его прислал к нам генерал Чернигов с официальной дипломатической миссией.

— Так ты поддерживаешь с ним связь?

— Без обид, патриарх, но в первую очередь я служу России и только потом твоей фракции.

— Никаких обид. Ваш клан был первым, кто протянул руку помощи моим сородичам, когда они в этом нуждались.

Бледный Михаил пересилил страх, пытаясь смотреть на меня, как на равного. У него аж вена на лбу начала пульсировать.

— Как в-верно заметил майор, вы многим обязаны Армии, господин Голд. Я пришел стребовать долг за оказанные услуги! Генерал Чернигов хочет, чтобы в вашем будущем, — полковник выделил слово презрительной интонацией, — летающем городе в совет правления входил один из кланов Армии России.

— Нет. Переговоры окончены, — поворачиваюсь к Лейху. Майор явно чувствует себя неудобно. — Что-то еще? Если нет, я пойду захватывать следующий клановый храм.

Вояка поднимает руки в примирительном жесте, но я опережаю его ответ:

— Ответ всё равно будет нет. Вам мы вернули статус клана, дали лучший алтарь, земли рядом с Иштаром. Долг Рублевым уплачен! Наш экс-союзник в лице Армии России обокрал нас, отказавшись при этом служить под моим началом.

— Джон…

— Два камня рода, майор! Я, Джинронг и Молли, все мы видели это своими глазами. А теперь они мало того, что не извиняются и не пытаются загладить свою вину, так еще и требуют права на место в совете правления городом?

Усатый мужик вытаскивает из папки документ, приговаривая:

— Виновные наказаны…

— Себе это скажи. Оскорбление я не забуду, — поворачиваюсь к Джинронгу. — Ты-то чего молчишь? Сам же видел всё собственными глазами!

Глава клана спокойно пожимает плечами, смотря на происходящее глазами опытного переговорщика.

— В Корее, когда супруги спорят, говорят «Всё равно придется договариваться».

— Джон, — Лейх шумно выдыхает, сдерживаясь. — Выслушай, пожалуйста, Фролова. Чернигов послал его договариваться, а не требовать.

Майор зло глянул на усатого мужика.

— Но полковник, видимо, — Лейх выделил тоном последнее слово, — давно не в курсе событий, связанных с Битвой за Будущее, и «ошибся в формулировке».