— Сначала усмири жертву. Бей, ломай кости, но не убивай. Чем сильнее добыча тебя боится, тем она вкуснее. Но тебе повезло, Хаби! Достался спокойный, еще не пуганный белый Ратник, не знающий что его ждет. Я заплатил брахмати Асатри немалую цену за такую услугу.

Пацаненок толкнул в спину старика, направляя того ко мне. В полумраке клетки у старика на лице стали видны темные провалы вместо глаз. Так на другого человека может смотреть только тот, кому раньше уже доводилось убивать разумных. Холодно, отчужденно, без намека на жалость.

— Действуй, сын! Чего ты ждешь?! Прикоснись к его телу! Направь силу своего семени в тело этого Ратника. Сломи его дух! Заставь страдать, а потом потяни свою силу обратно, прихватив его эманации и жизненную силу. Да, вот так! Через одну руку направляешь силу. А через другую черпаешь ее обратно.

Старик действовал быстро и ловко, приблизившись ко мне в одно плавное движение. Видимо, не раз репетировал. Схватил меня обеими руками за горло и начал душить. Я рефлекторно попытался отбиться, но Пробужденный без маны — всё равно что обычный человек. Куда там до Новика или Стража. Тем более с кандалами на руках.

Пальцы старика сдавили горло. Невольно вырвался стон и кровь из случайно прокушенной губы. В глазах начало темнеть. Я отчетливо ощущал, как нечто мерзкое, скользкое и холодное вторгается в мое эфирное тело. Сознание померкло, и я очутился сознанием внутри своего эфирного тела. Нечто подобное провернул Соу, когда впервые вторгся в мой сон на Играх Старших. А сейчас я будто сплю наяву.

Во тьме парил образ старика с ножом руках. Нижняя часть его тела походила на многоногое насекомое, покрытое ребристыми хитиновыми щитками.

— Ты видишь меня, кхису? О таком отец не говорил. Плевать! Плевать! Плевать!

Старик безумно расхохотался.

— Здесь и сейчас, я не буду слушать его глупых наставлений! Тридцать пять лет на мозги капал, заставляя убирать за собой грязь. Перебьется! А ты… да-да, ты! Сейчас увидишь, свои худшие кошмары.

Картина тьмы сменилась воспоминаниями о том, как я проломил голову мадам Хекс и рядом лежит мама, истекающая кровью. Эмоций ноль. Я это уже видел и не раз. Старик хмурится и декорации сменяются на кухню великанов из мира Спайс-Сирдамур. Повсюду запах крови, куски кожи, обглоданные человеческие кости.

— Да, кто ты черт возьми такой? — старика передергивает от увиденной картины.

Пока старик-многоножка смотрел на зверства великанов, я прислушивался к собственным ощущениям. Сила семени кригеров, которую временно внедрили в моё тело, была мне уже знакома. Точно такое же ощущение чуждости и мерзости было от поглощаемой жизненной силы хаоситов, которых я встретил на самом краю Внешних Земель. Те гоблины плели заклинания из собственной жизненной силы. Не они ли стали причиной энерго-деформации, из-за которой Система перестала меня опознавать?

Ухватившись за знакомое ощущение я потянул силу семени из тела старика на себя, буквально чувствуя, как она вместе с его черной душой и жизненной энергией движется по руке в мою сторону. Моя более сильная воля победила.

— Низший! Нет! Не делай этого!

Хаби, этот несостоявшийся людоед, ощутил приближение смерти и начал биться в истерике. Раз уж ты дурень вторгся в чужое сознание, будь готов там и умереть.

Второе сознание тем временем, следило за обстановкой снаружи. Стоя у входа в клетку пацан нахмурился, смотря на сына.

— Нет криков?! Да и эмоциональный фон ниже нормы.

— Чувствую элемент духа в теле этого Ратника, — произнесла одна из девушек.

— Я помогу Хаби. Зелинда, следи за дверью.

Когда пацан положил руку на мое плечо, я тут же атаковал его душу всеми доступными силами, расколов ее на части. Теперь его ожидает медленная смерть, которую он не способен осознать! А потом, повторив фокус со стариком Хаби, я стал тянуть чужую силу в свое тело.