Ожидание сводит нас с ума. Как только мы выходим из такси, направляемся к Би-Року, крича и прыгая вокруг, как сумасшедшие. Он смеется, подставляет свои щеки, чтобы принять наши поцелуи, и дает нам войти.

Тут людно сегодня вечером!

Мы идем вверх по лестнице в ВИП-зону и Азиатская Алиса уже там, чтобы приветствовать нас с улыбкой и проводить к нашей кабинке.

Ловкач и Макс уже сидят, разговаривая и смеясь. Как только они замечают, что мы подходим, оба встают, чтобы обнять и приветствовать нас.

Я спрашиваю, где Ник, на что Макс пожимает плечами и говорит мне, что он был вызван в офис, чтобы справиться с чрезвычайной ситуацией.

Хм.

Это отстой.

Может быть, я должна пойти туда и сделать его чрезвычайную ситуацию веселее.

Я ухмыляюсь внутри и решаю, что поступлю именно так.

Никакой чрезвычайной ситуации, когда меня позвали в кабинет.

Сасси одета в белое короткое платье. Это чудо, что оно хотя бы закрывает ее киску, и мне вдруг интересно, что я когда-то в ней находил.

С ней было легко.

О да. Это так.

Я сижу в кресле, и Сасси сидит очень близко ко мне на краю стола.

Я спрашиваю:

— Что я могу сделать для тебя, Сасси? Ты знаешь, это смешно, но я думал, что запретил тебе приходить сюда.

Она бросает мне раздражительный взгляд и отвечает:

— Я не собираюсь с этим мириться, Ник. — Она улыбается, как я думаю, сексуальной улыбкой, и говорит: — Я просто хотела посмотреть, как ты.

Что, бл*дь, происходит?

Я сдерживаюсь, чтобы не схватиться руками за голову и отвечаю:

— Я занят и должен вернуться, поэтому, пожалуйста, уходи.

Я пытаюсь встать, но она останавливает меня ногой на моем бедре, прижимается ко мне, и мои глаза щурятся.

Она что-то замышляет.

Молниеносно, Сасси соскальзывает с письменного стола мне на колени, опускает лицо к моему и целует меня.

Это даже не приятный поцелуй.

Он слюнявый, и ее язык проталкивается через мои губы. Отвращение охватывает меня. Ее руки вытягивают мою рубашку из брюк. Я встаю. Она падает на пол на колени.

Я злюсь и выплевываю:

— У меня было одно гребаное правило, Сасси. Никогда не целовать меня. Мои поцелуи только для особенных людей. Не для тех, кого я просто трахал.

Я расстегиваю ремень и молнию на брюках, чтобы заправить рубашку, когда открывается дверь кабинета. Я поворачиваюсь, чтобы увидеть, кто это.

Ник стоит с расстегнутыми брюками. Сасси на коленях перед ним, вытирает уголки своего рта, пытаясь поправить помаду, которая осталась на губах Ника. Когда она видит меня, то ухмыляется.

Мое сердце сжимается от боли.

Я стараюсь дышать.

Свожу колени, чтобы остановить тряску. Я ужасно себя чувствую.

Страх просачивается через мое тело.

Мое сердце разрывается.

Отвращение заставляет меня отвернуться. Я так и делаю.

Закрываю рукой глаза, потому что не хочу видеть ухмылку Сасси после минета, который она сделала Нику. Я выдавливаю из себя:

— Мне очень жаль. Я не хотела врываться, — голос звучит пискляво, во рту пересохло.

Какой жалкой я выгляжу?

Я захожу в кабинет своего парня и ловлю его, когда он изменяет мне с Чертовкой, и я прошу прощения.

Затем я поворачиваюсь спиной и ухожу с разбитым сердцем.

Я заправляю рубашку в брюки и привожу себя в порядок. Смотрю на Сасси, и ярость вспыхивает во мне.

Глупая сука еще ухмыляется.

Может быть, я только что потерял любовь всей своей жизни, и она насмехается надо мной. Моя кровь закипает.

Я хочу убить ее.

Я не контролирую себя.

Хватаю ее за горло, поднимаю и сильно сжимаю. Она хрипит и бьётся в моих руках.

Я спрашиваю тихим, но злым голосом:

— Получила то, что хотела, больная сука?

Ее большие глаза слезятся, и она хватает ртом воздух.