Тем временем Дрейк повел свой флот на запад. Испанцы терялись в догадках, куда он собирается отправиться — к Лиссабону или на Азорские острова, где английские и французские корсары обычно поджидали флотилии, возвращавшиеся с богатыми грузами из Америки и Ост-Индии. Филипп II, встревоженный до невозможности, приказал маркизу де Санта-Крус немедленно выйти в море и взять под охрану пути следования кораблей с сокровищами. Маркиз ответил, что у него нет людей: солдаты, которых он ожидал, были срочно направлены на защиту Кадиса, а моряки, получить которых он тоже надеялся, находились на кораблях, уничтоженных Дрейком. Филипп в отчаянии послал в Картахену приказ снять с левантийских судов сицилийский полк и форсированным маршем отправить его через всю Испанию в Лиссабон.

Через несколько дней королю доложили, что флот Дрейка появился к северу от мыса Сан-Висенти. Опасаясь, что теперь левантийские суда, лишенные солдат, могут стать легкой добычей англичан, Филипп распорядился укрыть их в гавани Кадиса и там ждать от него новых указаний.

ОПЕРАЦИИ У БЕРЕГОВ ПОРТУГАЛИИ

Дрейк не случайно переместил свои силы в район мыса Сан-Висенти, где, согласно полученным сведениям, должна была находиться эскадра вице-адмирала Рекальде. Мыс, расположенный на юго-западной оконечности Португалии, занимал весьма выгодное положение. Контролируя окрестные воды, английский флот мог полностью перерезать пути, связывавшие Кадис и средиземноморские порты с Лиссабоном, а заодно установить контроль над коммуникациями, связывавшими Испанию с колониями. Кроме того, разгромив эскадру Рекальде, Дрейк мог существенно ослабить силы снаряжаемой против Англии армады. Однако, когда английские корабли появились возле мыса Сан-Висенти, испанской эскадры там уже не было. Дрейк двинулся в северном направлении и в 15 лигах от мыса заметил паруса разыскиваемой эскадры. Увы, многоопытный испанский флотоводец не стал искушать судьбу и, легко оторвавшись от преследования, успел укрыть свои суда в надежно охраняемом порту Лиссабона.

Дрейк не очень-то и расстроился. Изгнав эскадру Рекальде из района мыса Сан-Висенти, он решил воспользоваться теми преимуществами, которые предоставлял ему контроль над окрестными водами. Ближайшим намерением адмирала стал захват укрепленных пунктов неприятеля, расположенных на прилегавших к мысу скалистых возвышенностях.

Бороу, как всегда, пришел от нового замысла командующего в ужас. 29 апреля, во время штиля, он прибыл на борт «Элизабет Бонавенчур» и, направляясь к каюте Дрейка, случайно услышал разговор толпившихся на палубе офицеров. Те как раз обсуждали недавнее решение адмирала. Дрейк, по всей видимости, принял его единолично, не вынося на военный совет, а вице-адмирала просто поставил в известность о том, что собирается захватить на берегу либо замок Сагриш (бывшую резиденцию принца Энрики (Генриха) Мореплавателя, открывшего там знаменитую «навигацкую школу»), либо находившийся к северо-востоку от него укрепленный монастырь. Овладев одним из этих пунктов, англичане могли бы спокойно запасаться водой из местных источников. Бороу, не оценив стратегической выгоды данного проекта, вернулся к себе на корабль и 30 апреля написал «моему очень доброму адмиралу» пространное, исполненное эмоций послание (ныне оно хранится в фондах Британского музея). В нем он высказал всё, что думал о ходе экспедиции и, в частности, о последнем замысле Дрейка. Аккуратно пожурив сэра Фрэнсиса за то, что тот игнорирует мнение своих заместителей и членов военного совета, Бороу просил его не пренебрегать опасностью, которая исходила от сновавших вдоль побережья галер противника.