|
Бойцы даже немного взмокли, передавая по «цепочке» ящики и тюки. Эх, хорошо, что настолько вместителен вездеход. Пока водитель ругался сквозь зубы на бойцов: «Не ронять!.. аккуратнее, млин!.. не разбей, смотри… укладываем тихонечко, не кантуем, поди, не картошка…», я посматривал по сторонам. На счастье, утро выдалось очень спокойное — не то что «ботаников», которые могли бы заинтересоваться странными погрузками возле закрытого для прочих посетителей Бара, а даже сталкеров и просто обычно многочисленного «планктона» НИИ в научном городке видно не было. Надо же, как оно вышло: вместо меня Сёма на воинов прикрикивает, опасаясь, наверное, что «раньше времени долбанёт», и факт — грузят аккуратно, бережно, ничего не сломали, не побили. Пару раз выскакивал Хорь, довольный, словно кот, дорвавшийся до миски со сметаной. Немного нервничает, но руки потирает, глазёнки блестят, радуется. Погоди пока, ещё может всё псу под хвост полететь, если на воротах пропускника въедливый лейтенант попадётся. Надеюсь, особо смотреть не будут — транспорт научный, документы в порядке. А на объяснение такой странной загрузки вездехода бумажки имеются, собрал Хорь в одну папку и копии актов о списании, и распоряжения об уничтожении. Эх… только бы поверили. Это не простоватый Сёма, что легко на ящик с «киселём» повёлся, там народ подозрительный встречается. — Кажись, всё. — Хорь снова выскочил из Бара, быстро заглянул в машину. — Нормально. Ну, теперь пора… — Пора, — кивнул я. — Народ, садимся. Фу, пронеси, нелёгкая… Электродвигатели мягко заурчали, без труда стронув гружёную машину, и вездеход покатил к пропускнику. Полдела сделано. — Здорова, Сёма! — Из кабинки возле ворот пропускника выглянул старший лейтенант Прокопенко, или Нюхель, как его прозвали сталкеры. Я выругался про себя — не вредный был этот товарищ, но жутко дотошный и подозрительный. Что, куда, зачем… документы не просто бегло просматривал, а, хищно щурясь, надолго подносил к самому носу, за что, кстати, и имя получил. Долго он бумажки изучал и не раз, бывало, звонил в НИИ, чтоб уж точно знать, что документы не поддельные. Доказать ему, что ты не верблюд, без справки от ветеринара было невозможно. Попали… — Куда едем? — Нюхель уткнулся в пропуска. — За кудыкину гору, — весело ответил Семён. Традиция, однако. Чтоб Зона не узнала. — Ясненько. Угу… угу… на остальных документы? Нюхель меня, конечно, знал, но всё равно проверил карточку доступа. Так же досконально изучил документы бойцов, даже фамилии переписал. Когда дошла очередь до Хоря, тот заметно сник, подавая свой пропуск. — Выход не разрешён. Почему едем? — Запрещен? — переспросил я, решив взять дело в свои руки. — Нет, но… как бы не предусмотрено допуска. — Нюхель задумался. — Сопровождаем французского учёного, — негромко проговорил я. — Биолог, по совместительству эколог-инспектор. Нужен переводчик, а данный сотрудник знает язык. — Так это ж бармен наш вроде. На самом деле знает? — Нюхель с сомнением посмотрел на «данного сотрудника». — Уи, уи, кес кесе, гарсон! — ненатурально осклабился Хорь. Уж лучше бы молчал… — Ясно… — Старлей вернул документы, но сигнала к открытию ворот пока не дал. |
