|
Президиум Центрального комитета после неоднократного обмена мнениями и изучения обстановки и материалов после смерти товарища Сталина считает необходимым поставить на закрытом заседании съезда, когда гостей никого не будет, доклад о культе личности. Почему, товарищи, мы решили поставить этот вопрос? Сейчас все видят, чувствуют и понимают, что мы не так ставим вопрос о культе личности, как он ставился в свое время, и мы хотим получить объяснение, чем это вызвано. Нужно, чтобы делегаты съезда все-таки больше узнали, чем сейчас сообщает печать. Иначе делегаты съезда будут чувствовать себя не совсем хозяевами в партии.
Так что секретный доклад вовсе не был спонтанным. Пятого марта президиум ЦК принял постановление «Об ознакомлении с докладом тов. Хрущева Н. С. „О культе личности и его последствиях“»: «1. Предложить обкомам, крайкомам и ЦК компартий союзных республик ознакомить с докладом Хрущева Н. С. „О культе личности и его последствиях“ на XX съезде КПСС всех коммунистов и комсомольцев, а также беспартийный актив рабочих, служащих и колхозников. 2. Доклад тов. Хрущева разослать партийным организациям с грифом „Не для печати“, сняв с брошюры гриф „Строго секретно“». Рекомендации относительно того, как теперь быть со Сталиным, партийный аппарат выработать не успел. Для большинства высших чиновников речь Хрущева оказалась неожиданной. 28 марта 1956 года «Правда» поместила передовую статью под названием «Почему культ личности чужд духу марксизма-ленинизма?». Впервые в открытой печати критиковался Сталин. И только 2 июля 1956 года в газетах появилось постановление ЦК «О преодолении культа личности и его последствий». Когда Хрущев готовился к XX съезду, ему на стол безостановочно клали документы о сталинских репрессиях. Там значились имена людей, сохранявших высокие посты. Никита Сергеевич как политик делал циничный выбор: тех, кто еще был нужен, оставлял, с остальными расставался. Эта двойственность сказывалась во всем. Люди, которых следовало посадить на скамью подсудимых, остались на руководящих постах. Могли они искренне бороться за преодоление преступного прошлого? «Большой ошибкой Хрущева, — считал Николай Егорычев, — было то, что после прихода к руководству партией и страной он сохранил старые сталинские кадры, не заменил их сразу же более молодыми работниками, свободными от груза сталинщины, воспринимавшими мир по-новому». Первого марта 1956 года Екатерина Алексеевна Фурцева впервые присутствовала на заседании президиума ЦК. Обсуждался вопрос о ликвидации союзных министерств и ведомств. Хрущев передавал полномочия на места и настаивал на том, чтобы освободившихся специалистов тоже отправляли из Москвы туда, где они больше нужны. Дал указание Фурцевой, чтобы она проследила: покидающие столицу должны сдать квартиры, чтобы не было соблазна вскоре вернуться в Москву… Одно из первых поручений новому секретарю ЦК Фурцевой — разобраться в истории с самоубийством знаменитого писателя Александра Александровича Фадеева. Фадеев всегда плохо спал, пригоршнями глотал снотворное, вставал поздно и с трудом. В ту ночь никак не мог уснуть, утром отказался от завтрака, сказал: пусть его позовут к обеду, а покуда он будет дремать. Наступило время обеда. Маленький сын Миша пошел звать отца и скатился вниз с ужасным криком: — Папа застрелился! Выстрела никто не слышал. Это произошло 13 мая 1956 года. Жена Фадеева — известная актриса МХАТа Ангелина Осиповна Степанова — находилась на гастролях в Югославии. На дачу в Переделкино примчались поэты Алексей Александрович Сурков и Евгений Аронович Долматовский. «Фадеев, — вспоминал Долматовский, — лежал на широкой кровати, откинув руку, из которой только что — так казалось — выпал наган, вороненый и старый, наверное, сохранившийся от Гражданской войны. |
