|
— Одному вообще на все наплевать, с него, как с гуся вода. Другой выпьет стакан водки, стукнет кулаком по столу и придет в себя. Третий уедет на рыбалку, расслабится и вернется спокойным и веселым. А вот четвертый лезет в петлю. Или вскрывает вены. В чем же тут дело?
— Если подходить с научной точки зрения, — объясняла Дмитриева, — есть несколько причин и условий, которые иногда меняются местами. Конечно, основную роль тут играет неустойчивость к стрессам. Это зависит от наследственности, от генов. Это не значит, что нельзя себя укрепить, натренировать, но изначально люди находятся в неравных условиях. Так что первая причина самоубийства — это биологическая предрасположенность. А вторая — специфика личностной структуры, психологические особенности личности. Есть люди более ранимые, а есть те, у кого, как говорят в народе, толстая кожа. Одному каждое обидное слово — боль, беда, а другой даже к гибели близких относится спокойно: бог дал — бог взял. В этой формуле, кстати, своя защитная философия. Так легче перенести горечь утраты — исправить-то ничего уже невозможно. Каждый должен понять: жизнь не бывает безоблачной. Нужно вырабатывать систему защиты. Не всякое горе пускать внутрь себя.
— А почему некоторые крупные политики, которые прошли через серьезные испытания в мирной жизни, вдруг сводят счеты с жизнью? Это люди, наделенные способностью легко преодолевать стрессы, иначе они бы не добрались до вершин власти. Что же с ними происходит?
— Помимо биологических причин надо учитывать внешнее воздействие и восприятие внешнего мира. Очень важна система нравственных ценностей. Подчас, если на одну чашу весов кладется жизнь, а на другую — честь, и человек выбирает честь, тогда он способен добровольно лишить себя жизни. Или другая ситуация — человек смертельно болен, знает, что обречен, что медицина бессильна, его мучают страшные боли. И он решает уйти из жизни. Я не могу одобрительно отнестись к такому выбору, потому что считаю, что всегда есть шанс. Тем не менее человек должен иметь право выбора. И когда сильные, достойные люди делают такой выбор, я к нему отношусь с уважением.
— Значит, в подобных случаях самоубийство — это не следствие какой-то болезни? Не патология психического развития? Не генетическая предрасположенность, не помутнение разума, а нечто иное?
— Это выбор человека, нравственный выбор. И ни в коем случае не надо оценивать его с позиции психиатрии. Что такое самоубийство? Это крайняя степень дезадаптации. То есть человек больше не видит себе места в жизни.
— Решение уйти из жизни — мгновенное, импульсивное решение? Или долго вынашиваемый замысел?
— В тех случаях, когда можно говорить о какой-то «подмоченности» биологических механизмов, срабатывают эмоции — и в пылу скандала человек способен выброситься из окна. Перехлестывают эмоции — и гибель. Если бы человек чуть-чуть подождал, если бы у него было время глубоко вздохнуть, сосчитать до десяти, на секунду отвлечься от трагических мыслей, то, может быть, этого оказалось бы достаточно, чтобы сохранить себе жизнь. А бывает, человек приходит к мысли о самоубийстве после долгих размышлений, взвесив все «за» и «против». Это его выбор. Хотя, думаю, что и в такой ситуации хороший врач может помочь, вывести из депрессии, которая приводит к роковому шагу.
— И в таких случаях мы не должны подозревать генетическую, биологическую предрасположенность к самоубийству?
— Нет, нет. Если выбор сделан после серьезных размышлений, то это, как правило, решение сильного человека. Здесь действует иной механизм, когда нравственные ценности оказываются важнее собственной жизни.
— Но тогда получается, что кончают с собой только порядочные люди. А тот, кто не решился на этот шаг, не очень порядочный?. |