— Что ты творишь, а? — спросила она шепотом, вдыхая дорогой парфюм Каролины.

— Мою посуду, — рассмеялась Каролина. — Могу рассказать: мыльной губкой…

— Не держи меня за дуру, девочка. Ты знаешь, о чем я.

Каролина посмотрела на Анну холодно, и та почувствовала, как кровь прилила к лицу. Гордячка! Ей с этой девчонкой всегда не по себе. Так высокомерна, словно лучше всех в мире. Анна едва удержалась, чтобы не высказать Каролине в лицо все, что она думает.

— Я не понимаю твоих намеков, Анна.

— Своим поведением ты можешь причинить боль Луизе. И Раулю, между прочим. Ты хоть знаешь, через что он прошел с Джой? Третий выкидыш!

Каролина ничего не ответила, но плечи ее опустились.

Чувствуя моральную победу, Анна более решительным тоном продолжила:

— А ты и не знала? Он поэтому почти постоянно разговаривает по телефону. Но тебе, вижу, на это наплевать. Ты считаешь, что можно ворваться в чужую жизнь, можно делать с ней все, что хочется тебе: флиртовать с Раулем, изменять Луизе. Каролина, тебе должно быть стыдно за свое поведение!

Каролина швырнула кастрюлю в мойку, оттолкнула Анну и выбежала из кухни. Послышался дробный стук каблучков по лестнице. Анна была довольна и даже горда тем, что нашла в себе смелость поставить гордячку на место.

— Анна, захотела сама помыть посуду? — раздался за ее спиной голос Рауля.

Резко обернувшись, она оказалась с ним лицом к лицу.

— Шшш… — прошипела она.

Он явно ждал, что она скажет на обычном языке.

— Как я рада тебя видеть, Рауль.

— Аналогично, Анна.

— Как у тебя дела?

— Все нормально. За время, пока я готовил для вас обед, ничего не случилось плохого.

— Луиза рассказала, что вы пытаетесь завести детей с Джой.

— Ага, рассказала. У нас ничего не получается.

— Тебе, наверно, тяжело.

— Джой гораздо тяжелее. Она верила, что на этот раз все удастся, но на двенадцатой неделе случился выкидыш.

— А ты? Что ты чувствуешь?

Анна хотела погладить Рауля по плечу, но он отвел ее руку:

— Знаешь, мне не хочется об этом говорить.

— Ты так хочешь ребенка? — спросила Анна едва слышно, не теряя надежды вернуть его дружеское расположение.

Рауль вздохнул:

— Да, теперь мечтаю о семье, где меня ждут любящая жена и дети.

— Ах, Рауль! — произнесла с сочувствием Анна и повторила попытку обнять его.

На этот раз он позволил сделать это. Анна преисполнилась надеждой.

— Я часто думаю о нас, Рауль… — прошептала она.

— Анна, мы были очень молоды и глупы…

— Еще не поздно завести семью.

— Нет, не поздно. Я верю, что у меня есть шанс.

— Ты заслуживаешь счастья. Я уверена, что оно придет к тебе гораздо быстрее, чем думаешь.

Рауль улыбнулся:

— Правда?

— Только ты должен понять, чего действительно хочешь в жизни. Не бойся, рискни.

— Ты и вправду так думаешь, Анна?

Анна просияла, поняв, что и здесь одержала победу: Рауль готов довериться ей.

— Я уверена в этом!

Свальшер купался в лучах солнца. Луиза приводила в порядок розы, растущие перед домом. Из студии доносились звуки виолончели, и она напевала себе под нос, подрезая секатором увядшие цветки.