Инвидия изогнула губы в мрачной улыбке, выдержав паузу точно такой же длины перед ответом.

— Она содержится в её логове вместе с Арарисом Валерианом. Видите, Графиня? Мы вполне можем сотрудничать.

Амара неторопливо кивнула головой.

— Я слушаю, Инвидия. Но у нас не так много времени.

— Она была прямо здесь? В этом чертовом стедгольде? В этой треклятой комнате? — бушевал Рокус. — Кровавые вороны, почему ты не подняла тревогу?

— Возможно, потому, что Инвидия наверняка убила бы её? — терпеливо подсказал Фригиус. — Что также объясняет то, почему из всех нас она предпочла обратиться именно к Графине.

Рокус нахмурился.

— Я имею в виду после её ухода. Мы могли бы схватить сучку до того, как она возвратилась в свою пещеру или где она там.

— Может быть, вы дадите Графине высказаться? Тогда у нее будет возможность всё нам рассказать, — мягко предложил лорд Плацида.

Леди Плацида нахмурилась и протянула руку, будто бы в попытке сдержать супруга, но затем опустила её обратно.

Старый Церес, насупив брови, сел на стул возле двери.

— Благодарю, Ваша Светлость, — сказал Бернард. — Любимая?

— Инвидия пришла сюда в попытке заключить сделку.

Все просто в шоке уставились на неё, исключая старого Цереса, который громко фыркнул.

— Это не удивительно, — заявил он. — Глупо, но не неожиданно.

— Почему нет, Ваша Светлость? — спросила Амара.

Она знала почему, но если кто-то из Верховных Лордов, находящихся в комнате, ещё этого не понял, то лучше, чтобы вывод исходил от одного из них, а не от неё.

Церес повёл плечами.

— Потому что для Инвидии жизнь всегда была управлением людьми вокруг, как фигурами на доске для игры в людус. В её понимании, то, что сейчас происходит, не так уж и отличается от обычного ведения дел в Алере. Более сложно, более разрушительно, менее приятно, но она не осознает, что это такое — терять близких…

Он прочистил горло. Сыновья старика были убиты во время восстания Верховного Лорда Калара и начального наступления ворда.

— Что это может сотворить с телом. Как изменяет вещи. Эта женщина в своей жизни никогда не любила ничего, кроме власти.

Амара кивнула.

— Она ищет более удобную для себя позицию. Чтобы использовать тех, кого может, и покинуть тех, кого использовать не в состоянии.

Фригиус поглаживал седовато-рыжую бороду, задумавшись.

— Я помню вы говорили, что она в ловушке и вынуждена служить ворду. Этот большой жук на ее груди — единственное, что сохраняет ей жизнь.

— Да, — произнесла Амара, — что означает, что она знает, ну или думает, что знает, как это обойти.

— Что она предложила, Графиня? — спросила Плацида.

Амара рассказала им о разговоре с Инвидией.

— Она сказала, что когда мы будем готовы поговорить с ней, мы должны будем послать три зеленых сигнальных стрелы. Она свяжется с нами.

Повисла давящая тишина.

— Вы думаете она это серьезно? — вопросил Рокус. — Вы же не думаете, что эта сука предложила это всерьез?

— Я думаю, что она вполне могла, — медленно ответила Леди Плацида.

Фригиус покачал головой:

— Это ловушка.

— Очень кровавая ловушка, — размышлял Лорд Плацида, — если информация, которую она предоставила вам, Графиня, верна, то мы сможем использовать ее для нанесения серьезного ущерба.